Ч 2 ст 132

3. Пристансков В.Д. Проблемы выявления неосторожных преступлений в медицине. // Проблемы прокурорской и следственной деятельности в сфере борьбы с преступностью в современных условиях. Международная научно-практическая конференция 5-6 июля 1996 г.: Тезисы выступлений. СПб.,1995. С. 179-180.

4. Сучков А.В. Проблемы назначения и проведения судебно-медицинских экспертиз при расследовании профессиональных преступлений, совершённых медицинскими работниками // Вятский медицинский вестник. 2009. № 2-4. С. 85.

5. Тихомиров А.В. Медицинское право: Практ. пособие. М., 1998. С. 211.

ОСОБЕННОСТИ ДОКАЗЫВАНИЯ ПРИ РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, ПРЕДУСМОТРЕННЫХ СТАТЬЁЙ 132 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Жердева И.Н. Email: Zherdeva667@scientifictext.ru

Жердева Ирина Николаевна — магистр юриспруденции, факультет магистерской подготовки, Университет прокуратуры Российской Федерации, г. Санкт Петербург

Аннотация: в статье рассмотрены особенности доказывания по уголовным делам, квалифицирующимся как насильственные действия сексуального характера. Автором сформирован вывод о том, что негативная тенденция роста числа преступлений, связанных с посягательством на половую неприкосновенность, а также развитие новых способов коммуникации предполагает применение современных способов обнаружении и фиксации доказательств, а также определение методологических и практических проблем при осуществлении доказывания и совершенствование организационно -методических основ деятельности по расследованию преступлений, предусмотренных статьёй 132 УК РФ.

Ключевые слова: насильственные действия, квалификация, доказательства, экспертиза, допрос, методики расследования.

УДК: 343.1

Введение

Насильственная преступность в последние годы приобретает все более массовый характер. В частности, растет количество преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности. В структуре этих преступлений заметное место занимают насильственные действия сексуального характера.

Статья 132 «Насильственные действия сексуального характера» является новеллой Уголовного кодекса РФ 1996 года. Главной задачей введения данной нормы в Уголовной Кодекс было создание основы для равной защиты половой и половой неприкосновенности мужчин и женщин, поскольку потерпевшими при совершении данного преступления могут быть лица обоих полов.

До принятия Уголовного Кодекса РФ 1996 года, в силу того, что фактически деяния, входящие в понятие насильственные действия сексуального характера, совершались не реже, чем в настоящее время, а правовая регламентация данных деяний отсутствовала, судебная практика использовала другие нормы для привлечения к ответственности виновных лиц.

Так, постановлением ЦИК СССР от 7 марта 1934 года, а позже статьёй 121 УК РСФСР 1960 года устанавливалась ответственность за мужеложство, как насильственное, так и ненасильственное .

В состав изнасилования включалось совершение полового сношения в том числе и «в извращённых формах» (в частности, оральной и анальной) мужчиной в отношении женщины. Такую же квалификацию, хотя и не всегда, получали насильственные издевательства над половыми органами женщины (введение во влагалище различных предметов, кисти руки и т. п.) .

Если же говорить о иных действиях сексуального характера, совершаемых в отношении лиц мужского пола женщинами, насильственных гомосексуальных контактах между мужчинами, а также насильственном лесбиянстве, то такие деяния не получили самостоятельной оценки со стороны закона: в подобных случаях виновное лицо можно было привлечь лишь за истязание, причинение телесных повреждений, либо угрозу убийством или причинением тяжких телесных повреждений. Иногда всё же подобные действия квалифицировались как хулиганство, что современными учёными расценивается как применение закона по аналогии .

Следовательно, введение в УК РФ статьи 132 позволило ликвидировать несправедливость в оценке сексуальных посягательств на лиц разного пола, особенно со стороны субъектов того же пола.

Однако, говоря о положительных аспектах правового закрепления данных составов правонарушения, следует отметить, что на сегодняшний день методики расследования преступлений в данной сфере нуждаются в совершенствовании, а организационно-методическая деятельность нуждается в актуализации. Перечисленные выше обстоятельства обусловливают актуальность темы настоящей работы.

Вопросам квалификации и доказывания при расследовании преступлений против половой неприкосновенности лиц посвящён ряд научных работ.

Так, вопросы квалификации вышеуказанных действий отражены в работах С.Д. Цэнгэл «Квалификация насильственных действий сексуального характера (статья 132 УК РФ)» (2004 год) , А.В. Кулакова «Некоторые проблемы квалификации насильственных действий сексуального характера» (2010 год) . Оперативно -розыскные и криминологические проблемы предупреждения насильственных действий сексуального характера рассмотрены диссертационном исследовании К.И. Масленникова .

Целью данной работы является подготовка предложений по совершенствованию процесса доказывания по уголовным делам, указанной категории, выработка практических рекомендаций, направленных на повышение эффективности работы должностных лиц органов предварительного расследования.

Задачи заключаются в следующем:

1. определение методологических и практических проблем при осуществлении доказывания преступлений против половой неприкосновенности, предусмотренных статьёй 132 УК РФ;

2. предложение рекомендаций, направленных на повышение эффективности в указанном направлении деятельности.

Основная часть

На сегодняшний день существуют разработанные и апробированные методики расследования преступлений против половой неприкосновенности, включающие в себя мероприятия по сбору и фиксации доказательств.

При этом, исходя из реалий современного общества, а также появления новых способов коммуникации, а также проникновения преступности в виртуальный мир организационно-методическая деятельность процесса доказывания нуждается в непрерывном совершенствовании.

Кроме того, получение доказательств по делам, предусмотренным статьёй 132 УК РФ, требует от лица, проводящего расследование, помимо владения общепринятыми методиками расследования, повышенного объема знаний, в том числе о современных средствах и способах коммуникаций .

Стоит отметить, что доказывание по данной категории дел начинается с определения предмета и пределов доказывания, то есть установления обстоятельств, подлежащих доказыванию (ст. 73 УПК РФ).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

В зависимости от вида преступления определяется круг обстоятельств, подлежащих доказыванию в процессе расследования. К таким обстоятельствам относятся: объект преступления (включает в себя характеристику жертвы, информацию о том, как она оказалась на месте происшествия, а также информацию, отражающую, в чем выражалось насилие), объективная сторона (где, когда и при каких обстоятельствах совершено половое преступление; в чем выразилось насилие; применялись ли какие-либо средства для приведения жертвы в беспомощное состояние; был ли насильник или имел при себе иной предмет), субъект преступления (характеристика преступника, кто он, если известен], субъективная сторона (при каких обстоятельствах и когда возник умысел виновного; осознавал ли он, что совершил противоправное деяние; применил насилие или угрозы (слова, действия), которые сломили сопротивление женщины (потерпевшего).

Следует отметить, что установление точного места происшествия необходимо не только для отыскания следов преступления и вещественных доказательств, но и для проверки показаний подозреваемого, свидетелей, очевидцев, в частности для проверки алиби. В этом составе ярко выражен термин обстановки совершения преступления.

Здесь необходимо указать на ряд особенностей. В случае, если местом совершения насильственных действий сексуального характера была улица, лесопарковая зона и т.п. необходимо назначить судебно-ботаническую и судебно-почвоведческую экспертизы с учетом обнаружения на одежде подозреваемого и потерпевшего (потерпевшей) загрязнений, остатков семян, растений, почвы, что позволяет доказать факт их пребывания в определенном месте. С помощью судебно-медицинской экспертизы и экспертизы волокнистых материалов и веществ путем выявления на одежде и других объектах различных микроследов биологического происхождения устанавливается контактное взаимодействие подозреваемого и потерпевшего, а также факт их сексуальной близости, его давности, степени тяжести имеющихся телесных повреждений, давности и механизма их образования, своеобразия орудия, которым они были нанесены, а также последствий (венерические заболевания, ВИЧ-инфекции).

Нередко мотивом совершения преступлений выступают факты заражения виновных венерически больными лицами. Иллюстрирует сказанное пример из судебной практики.

Е. на почве личных неприязненных отношений, так как считал, что В. заразила его венерическим заболеванием — сифилисом, нанес молотком не менее 11 ударов ей в голову, в результате чего убил потерпевшую .

Вина по отношению к заражению возможна как умышленная, так и неосторожная, поскольку лицо знает о наличии у него венерического заболевания.

Действия виновного подлежат квалификации по п. «б» ч. 3 ст. 132 УК РФ, как при неосторожном, так и при умышленном заражении потерпевшего ВИЧ-инфекцией.

Однако, заведомое оставление потерпевшего лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией, произошедшее в результате совершения насильственных действий сексуального характера, не является квалифицирующим признаком и требует квалификации по совокупности ч. 1 ст. 132 (при отсутствии других квалифицирующих признаков) и ч. 1 ст. 122 УК РФ .

В то же время следует иметь в виду, что заражение венерическим заболеванием как последствие изнасилования и насильственных действий сексуального характера в определенной мере конкурирует с квалифицирующим признаком «иные тяжкие последствия». В каждом конкретном случае этот вопрос подлежит самостоятельному решению.

То есть, при конкуренции составов насильственных действий сексуального характера «иные тяжкие последствия» и «повлекшие заражение потерпевшей (потерпевшего) венерическим заболеванием» при квалификации деяния необходимо учитывать все последствия. Очевидно, что сам факт попадания в организм потерпевшего возбудителя венерического заболевания причинением вреда здоровью считать нельзя, так как:

— инфицирование еще не означает развития клинической картины заболевания;

— надлежащее лечение приводит к полному выздоровлению за весьма короткий срок, который не подпадает под признаки значимого для уголовного права срока госпитализации больного (в большинстве случаев лечение вообще возможно без какой-либо утраты трудоспособности).

Свои тактические особенности имеет и процедура допроса подозреваемого. При подготовке к допросу следователю необходимо определить те обстоятельства, которые подлежат доказыванию при совершении половых преступлений. В частности, доказыванию подлежат: факты вступления подозреваемого (обвиняемого) совершения развратных действий с потерпевшей (им); способы воздействия подозреваемого (обвиняемого) на потерпевшую (го) в целях склонения к вступлению в половую связь либо совершения развратных действий.

Хотелось бы обратить внимание на тот факт, что результаты анализа судебной практики показывают, что деяния, предусмотренные статьёй 132 УК РФ, часто совершаются близкими родственниками или лицами, обязанными заботиться о потерпевшем. Такие действия представляют повышенную опасность как непосредственно для самого лица, подверженного насильственным действиям, так и для общества в целом, поскольку:

-Во-первых, зачастую такие деяния носят длящийся характер;

-Во-вторых, негативно сказываются как на физическом, так и психологическом состоянии лица, являющегося объектом данных деяний, а нередко приводят и к более серьёзным последствиям;

-В-третьих, велики показатели латентности данного вида преступлений, основным фактором которой является запугивание жертвы.

Это надо учитывать при дифференциации уголовной ответственности за рассматриваемые преступления в первую очередь.

При анализе состава преступления, выявляются проблемные аспекты доказывания, такие как особенности установления факта половой зрелости, обязательные признаки потерпевшего, необходимость неукоснительного контроля проведения экспертизы по установлению состояния беспомощности потерпевшей.

Так, согласно пункту 3. Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 июня 2004 г.: «Изнасилование (статья 131 УК РФ) и насильственные действия сексуального характера (статья 132 УК РФ) следует признавать совершенными с использованием беспомощного состояния потерпевшего лица в тех случаях, когда оно в силу своего физического или психического состояния (слабоумие или другое психическое расстройство, физические недостатки, иное болезненное либо бессознательное состояние, малолетний или престарелый возраст и т.п.) не могло понимать характер и значение совершаемых с ним действий либо оказать сопротивление виновному лицу» .

Данное определение не в полной мере раскрывает все проявления беспомощного состояния потерпевшего.

А именно стоит обратить внимание на те деяния, когда лицо, совершающее насильственные действия сексуального характера само привело потерпевшего в состояние «беспомощности». И здесь мы выделим две формы приведения лица в данное состояние: это физическое и психическое насилие.

Физическое насилие может быть выражено в удержании потерпевшего, лишении его возможности свободно передвигаться, нанесении побоев или реального причинения вреда здоровью, то есть данное насилие охватывает всё физическое насилие, которое выражено максимум в реальном причинении вреда здоровью средней тяжести.

Что касается второй формы, то здесь законодатель подошёл достаточно «скупо» к определению психического насилия. Чаще всего такое насилие выражается в угрозе причинения вреда здоровью с целью подавить реальное или возможное сопротивление потерпевшего и совершить с ним сексуальное действие. При этом следует учитывать, что максимальный объём угрозы — это угроза причинения средней тяжести вреда здоровью. Но здесь хотелось бы обратить внимание на два исключения:

-Во-первых, в судебной практике встречаются случаи, когда психическое насилие выражалось не в угрозе применения физического насилия, а в создании виновным обстановки, когда потерпевшие не могли противостоять виновному. Так, например, как применение психического можно справедливо расценить настойчивое «предложение» совершить сексуальные действия, сделанное в безлюдном месте, когда потерпевшая находится в «парализованном состоянии» страха перед виновным, а последний осознаёт это обстоятельство;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

-Во-вторых, стоит обратить внимание на такую форму насильственных действий, как женский гомосексуализм, который, кстати говоря, в силу набирающего обороты стремления женщин к эмансипации, приводящей к «психической маскулинизации», что в свою очередь способствует развитию фригидности, начинает становиться все более важной проблемой . Насильственный характер лесбиянства существенно отличается от насильственного характера мужеложства, а именно тем, что в нем доминирует психологическое насилие, а физическое крайне редко.

К таким выводам можно прийти, проанализировав судебную практику совершения насильственных действий сексуального характера в исправительных учреждениях.

В исправительных учреждениях принуждение к вступлению в половую связь мужчины с мужчиной в большинстве случаев сопряжено с физическим насилием.

Психологическое же насилие в женских исправительных учреждениях заключается в следующем. Некоторые из осужденных женщин, вступившие впервые в сексуальный контакт с лицами своего пола, и не желающие продолжать эти отношения испытывают давление со стороны других осужденных, которое может выражаться в создании невыносимых условий пребывания в исправительном учреждении, в угрозе разоблачения перед мужем или родственниками. Чаще всего такое насилие скрывается под «обоюдным» желанием, что в будущем практически невозможно квалифицировать как насильственное действие.

Анализируя вышесказанное, можно прийти к выводу, что в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 июня 2004 г. уделяется недостаточное внимание психическому насилию как способу приведения лица в беспомощное состояние, что приводит к невозможности квалификации в ряде случаев действий сексуального характера в качестве насильственных.

Список литературы /References

3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2004 № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации».

5. Уголовное право. Особенная часть / под ред. И. В. Шишко. М.: Проспект, 2012. С. 117. 752 с.

9. Кулаков А.В. Некоторые проблемы квалификации насильственных действий сексуального характера// Государство и право. 2010. № 12. C. 95-96.

10. Фаргиев И.В. Уголовно-правовая оценка заражения венерической болезнью// Уголовное право. 2010. № 1. С. 42.

11. Трусова Н. С. Особенности доказывания при расследовании преступлений против половой неприкосновенности// Проблемы в российском законодательстве. 2015. №1.

1. Решение суда о признании действий осужденного, квалифицированных по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ, как единое продолжаемое преступление является необоснованным Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11 сентября 2012 г. N 4-О12-70 (Извлечение) Постановлением Московского областного суда от 24 июля 2012 г. К. освобожден от уголовной ответственности в соответствии с ч. 1 ст. 21 УК РФ за совершенные им в состоянии невменяемости общественно опасные деяния, предусмотренные п. «б» ч. 4 ст. 132, ч. 3 ст. 135 УК РФ. В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 97, п. «в» ч. 1 ст. 99, ч. 4 ст. 101 УК РФ к К. применена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа. Согласно постановлению суда К. совершил в состоянии невменяемости насильственные действия сексуального характера и развратные действия в отношении потерпевших, не достигших двенадцатилетнего возраста, в период с конца декабря 2008 г. по 30 мая 2010 г. В кассационном представлении государственный обвинитель просил постановление отменить, указывая, что суд необоснованно квалифицировал действия К. в отношении пяти потерпевших одной статьей уголовного закона (п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ); полагал, что действия К. следовало квалифицировать по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ самостоятельно в отношении каждой из потерпевших. Судебная коллегия по уголовным делам 11 сентября 2012 г. кассационное представление удовлетворила, указав следующее. Из материалов уголовного дела усматривается, что органы предварительного следствия при квалификации действий К. дали самостоятельную уголовно-правовую оценку каждому акту сексуального насилия в отношении малолетних потерпевших. Однако суд, не согласившись с такой оценкой и квалифицируя действия К. по всем эпизодам насильственных действий сексуального характера в отношении всех потерпевших как единое продолжаемое общественно опасное деяние, предусмотренное п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ, не принял во внимание то, что данные действия К. совершал в течение длительного периода времени (с конца декабря 2008 г. по 30 мая 2010 г.), причем со значительными разрывами во времени (иногда более двух месяцев) между эпизодами этих действий, с чередованием потерпевших. Между тем как единые продолжаемые общественно опасные деяния, предусмотренные ст.ст. 131 или 132 УК РФ, следует расценивать деяния в случаях, когда несколько половых актов либо насильственных действий сексуального характера не прерывались либо прерывались на непродолжительное время и обстоятельства их совершения свидетельствовали о едином «умысле» лица на совершение указанных тождественных действий. Таким образом, необоснованным является вывод суда о совершении К. единого продолжаемого общественно опасного деяния, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила постановление Московского областного суда от 24 июля 2012 г. в отношении К. и дело передала на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд иным составом суда. ____________

УК РФ

Статья 132. Насильственные действия сексуального характера

(в ред. Федерального закона от 27.07.2009 N 215-ФЗ)
1. Мужеложство, лесбиянство или иные действия сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшему (потерпевшей) или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей) —
наказываются лишением свободы на срок от трех до шести лет.
2. Те же деяния:
а) совершенные группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
б) соединенные с угрозой убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, а также совершенные с особой жестокостью по отношению к потерпевшему (потерпевшей) или к другим лицам;
в) повлекшие заражение потерпевшего (потерпевшей) венерическим заболеванием, —
наказываются лишением свободы на срок от четырех до десяти лет с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.
(в ред. Федерального закона от 27.12.2009 N 377-ФЗ)
3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, если они:
а) совершены в отношении несовершеннолетнего (несовершеннолетней);
б) повлекли по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего (потерпевшей), заражение его (ее) ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия, —
наказываются лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до двадцати лет или без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет.
(в ред. Федерального закона от 27.12.2009 N 377-ФЗ)
4. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, если они:
а) повлекли по неосторожности смерть потерпевшего (потерпевшей);
б) совершены в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста, —
наказываются лишением свободы на срок от двенадцати до двадцати лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до двадцати лет или без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет.
(в ред. Федерального закона от 27.12.2009 N 377-ФЗ)
5. Деяния, предусмотренные пунктом «б» части четвертой настоящей статьи, совершенные лицом, имеющим судимость за ранее совершенное преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего, —
наказываются лишением свободы на срок от пятнадцати до двадцати лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до двадцати лет либо пожизненным лишением свободы.
(часть 5 введена Федеральным законом от 29.02.2012 N 14-ФЗ)

17 декабря 1933 года президиум Центрального исполнительного комитета (высший орган государственной власти в тот период) СССР постановил распространить уголовную ответственность за мужеложество. Днем ранее с проектом закона согласились члены Политбюро (руководящий орган партии) ЦК ВКП (б). Так возвращались порядки, существовавшие при царском режиме, но упраздненные в первые годы существования Советской России. На смену «прогрессивной» декриминализации преследования гомосексуалистов вводилось еще более суровое, чем раньше, – «реакционное» — наказание. «Половое сношение мужчины с мужчиной» каралось отныне лишением свободы на срок до пяти лет. За иные формы однополой любви предлагалось осуждать еще сильнее. Так, «мужеложство, совершенное с использованием зависимого положения либо с насилием, за плату, по профессии или публично» могло привести участников за решетку на целых восемь лет.

Ярым инициатором введения ответственности за однополые отношения являлся заместитель председателя ОГПУ Генрих Ягода.

Реклама

Еще 15 сентября этот высокопоставленный чекист доложил лично генеральному секретарю ЦК ВКП (б) и фактическому лидеру СССР Иосифу Сталину о раскрытии заговора «общества педерастов». Аресту подверглись 130 человек. Как указывал Ягода в пояснительной записке, гомосексуалисты занимались «созданием сети салонов, очагов, притонов, групп и других организованных формирований с дальнейшим превращением этих объединений в прямые шпионские ячейки».

«Актив педерастов, используя кастовую замкнутость педерастических кругов в непосредственно контрреволюционных целях, политически разлагал разные общественные слои юношества, в частности рабочую молодежь, а также пытался проникнуть в армию и на флот», — сообщалось в донесении.

Сталин поручил разобраться с актуальной проблемой члену Политбюро Лазарю Кагановичу.

«Надо примерно наказать мерзавцев, а в законодательство ввести соответствующее руководящее постановление»,

— так звучало распоряжение, сыгравшее роль спускового крючка в развернувшемся процессе.

Если сразу после революции в ученых кругах выработалось вполне лояльное отношение к мужеложеству («Понимая неправильность развития гомосексуализма, общество не может возлагать вину за нее на носителя этих особенностей», — рассуждали юристы), то 16 лет спустя против «порока» объявлялся крестовый поход. Лица с нетрадиционной половой ориентацией, настоящие и мнимые, становились в один ряд с самыми отпетыми врагами советских граждан, по мнению правящей верхушки, — троцкистами, белогвардейцами, английско-японскими шпионами и кулаками. В результате разгрома силовиками сложившейся до революции системы однополых отношений с банями, ресторанами и гостиницами многие гомосексуалы были взяты органами на карандаш и завербованы «в государственных интересах».

Для разработки обоснования необходимости применения карательных мер к гомосексуалистам Ягоде понадобилось ровно три месяца. 13 декабря он обратился к Сталину с новой запиской, в которой, в частности, проинформировал вождя о том, что «педерасты занимались вербовкой и развращением совершенно здоровой молодежи, красноармейцев, краснофлотцев и отдельных вузовцев». Одновременно зампредседателя ОГПУ жаловался на отсутствие закона, который позволил бы преследовать за однополую связь в уголовном порядке. Примечательно, что тучи сгустились только над мужчинами: о женщинах в прожекте Ягоды не было сказано ни слова.

Наказание для лесбиянок не значилось и в уже готовом варианте закона, где четко прописывался наказуемый проступок – «мужеложество».

Статья была добавлена в УК РСФСР 1 апреля 1934 года в раздел «половые преступления» под номером 154-а, а в более поздних кодексах трансформировалась в 121-ю. На пути к окончательному утверждению некоторые формулировки подверглись корректировкам и уточнению. Был исключен ряд отягчающих обстоятельств и установлены нижние сроки наказания, что являлось передовой практикой для законодательства того времени. Итак, за классический половой акт между двумя мужчинами осуждали на срок от 3 до 5 лет, а за мужеложество с применением насилия – от 5 до 8.

Постепенно статья вошла в уголовные кодексы союзных республик, причем в некоторых из них претерпела определенные изменения ввиду «национальных традиций». Например, в Таджикской ССР термин «мужеложество» заменили на «бачебазство» и, как и в Узбекистане, поместили в главу о «пережитках старого быта». Бача-бази – вид детской проституции в некоторых странах Средней Азии, когда мальчики в женской одежде исполняют перед взрослыми мужчинами эротические танцы, а затем могут за деньги удовлетворить сексуальные потребности «клиента».

А в Азербайджане уголовно преследовался анальный секс, в том числе, между мужчиной и женщиной.

Впоследствии новая статья стала поводом для чисток религиозных и управленческих кругов среднеазиатских республик, где советские власти, как и на других окраинах, очень боялись роста национализма.

Закон был «опробован на практике» уже в 1934-м, когда прошли жесткие чистки в Наркоминделе. Бывший руководитель ведомства Георгий Чичерин был тайным гомосексуалистом и массово принимал на работу лиц с нетрадиционной ориентацией. По обвинению в мужеложестве репрессиям подверглись лучшие кадры во главе с заведующим протокольной частью Дмитрием Флоринским, после чего зампред ОГПУ Яков Агранов доложил о ликвидации «очагов гомосексуалистов», объявленных немецкими шпионами.

«Флоринский подтвердил свою принадлежность к гомосексуалистам и назвал свои гомосексуальные связи, которые имел до последнего времени с молодыми людьми, из них большинство вовлечено в гомосексуальные отношения впервые Флоринским», — докладывал чекист лично Сталину.

Дипломаты отправились в лагеря или были расстреляны.

Вопрос уголовно-процессуальной интерпретации мужеложества волновал коммунистов и на Западе. В том же 1934 году английский журналист Гарри Уайт написал письмо Сталину: «Достоин ли гомосексуал быть членом компартии?» Репортер пытался доказать на собственном примере, что гомосексуалы, которых в СССР миллионы, могут быть социально активными и честными коммунистами. Вождь внимательно изучил письмо, написав на полях: «идиот и дегенерат». Другой реакции не последовало.

Со страниц «Правды» Уайту ответил Максим Горький.

«В стране, где мужественно и успешно хозяйствует пролетариат, гомосексуализм, развращающий молодежь, признан социально преступным и наказуем», — был категоричен писатель.

После убийства первого секретаря обкома Сергея Кирова 1 декабря 1934-го в Ленинграде за одну ночь схватили всех известных чекистам гомосексуалистов, кроме артистов балета. В тюрьмы бросили чиновников, ученых и писателей.

Аресты 1933-1934 годов сильно затронули сторонников впавших в опалу политиков Льва Троцкого и Григория Зиновьева, о бисексуальности которого ходили легенды.

Со своей стороны, подвергшиеся гонениям апологеты однополых отношения жаловались друг другу на «международный заговор» против гомосексуалистов всего мира. В качестве доказательства они кивали на казнь по обвинению в поджоге Рейхстага голландского коммуниста Маринуса ван дер Люббе и убийство лидера штурмовиков СА Эрнста Рема в 1934-м. Проводились параллели между Ночью длинных ножей в Германии, когда Адольф Гитлер не испугался лишить жизни своего ближайшего сподвижника, и негласно объявленными Сталиным гонениями на внутрипартийную оппозицию.

Не в последнюю очередь благодаря своей деятельности по борьбе с «педерастией» Ягоде посчастливилось возглавить созданный после смерти председателя ОГПУ Вячеслава Менжинского в 1934 году Народный комиссариат внутренних дел (НКВД). Впрочем, в какой-то мере главный чекист пал жертвой собственных задумок. При обыске в 1937-м у него, помимо порнографии, нашли резиновый фаллоимитатор, что послужило дополнительным мотив для критики. Во время смещения его преемника Николая Ежова гомосексуализм уже использовался в качестве тяжкого преступления. Как было сказано в обвинительном заключении, руководитель спецслужбы совершал акты мужеложства, «действуя в антисоветских и корыстных целях».

121-я статья УК просуществовала с поправками до 1993 года.

За 60 лет по ней были осуждены, по данным минюста, порядка 60 тыс. человек. В 1960-е доля осуждаемых за год равнялась 0,1% от общего числа. В современном уголовном кодексе России 121-я регламентирует ответственность за заражение венерической болезнью.

МОСКВА, 21 октября. /ТАСС/. Пленум Верховного суда РФ разработал рекомендации судьям по рассмотрению уголовных дел о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности. В частности, Верховный суд призвал разграничивать сексуальные преступления от, например, обмана жениться.

«Не могут рассматриваться как понуждение к действиям сексуального характера или как иные преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности действия лица, добившегося согласия потерпевшей на вступление в половое сношение или совершение действий сексуального характера путем обмана или злоупотребления доверием (например, заведомо ложного обещания женщине вступить с ней в брак и т. п.)», — говорится в подготовленном постановлении пленума.

ВС напомнил, что «в отличие от изнасилования и насильственных действий сексуального характера при понуждении к действиям сексуального характера (ст. 133 УК РФ) способами воздействия на потерпевшее лицо с целью получения от него вынужденного согласия на совершение указанных действий являются шантаж, угроза уничтожением, повреждением или изъятием имущества либо использование материальной или иной зависимости потерпевшего лица».

При этом «понуждение к действиям сексуального характера считается оконченным с момента выражения в любой форме соответствующего требования независимо от наличия согласия или отказа потерпевшего лица совершить такие действия либо их реального осуществления».

ВС также разъяснил, что считать особой жестокостью как отягчающим признаком при изнасиловании или насильственных действий сексуального характера. «Необходимо установить, что умыслом виновного охватывалось совершение таких преступлений с особой жестокостью, — пояснил пленум. — Особая жестокость может выражаться, в частности, в пытках, истязании, глумлении над потерпевшим лицом, причинении ему особых страданий в процессе совершения изнасилования или иных действий сексуального характера, в совершении изнасилования или иных действий сексуального характера в присутствии близких потерпевшего лица, а также в способе подавления сопротивления, вызывающем тяжелые физические либо нравственные страдания самого потерпевшего лица или других лиц».

К развратным действиям, пояснил ВС, (ст. 135 УК РФ) «относятся любые иные действия, кроме полового сношения, мужеложства и лесбиянства, совершенные в отношении лиц, достигших двенадцатилетнего возраста, но не достигших шестнадцатилетнего возраста, если эти действия были направлены на удовлетворение сексуального влечения виновного, или на вызывание сексуального возбуждения у потерпевшего лица, или на пробуждение у него интереса к сексуальным отношениям».

«Развратными могут признаваться и такие действия, при которых непосредственный физический контакт с телом потерпевшего лица отсутствовал, включая действия, совершенные с использованием сети интернет и иных информационно-телекоммуникационных сетей», — говорится в разъяснениях.

ВС отметил, что «изнасилование и насильственные действия сексуального характера следует признавать совершенными с использованием беспомощного состояния потерпевшего лица в тех случаях, когда оно в силу своего физического или психического состояния (слабоумие или другое психическое расстройство, физические недостатки, иное болезненное либо бессознательное состояние, малолетний или престарелый возраст и т. п.) или в силу иных обстоятельств не могло понимать характер и значение совершаемых с ним действий либо оказать сопротивление виновному».

При оценке обстоятельств совершения таких преступлений в отношении потерпевшего, находившегося в состоянии опьянения, «суды должны исходить из того, что беспомощным состоянием в этих случаях может быть признана лишь такая степень опьянения, вызванного употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих (психоактивных) веществ, которая лишала это лицо возможности понимать характер и значение совершаемых с ним действий либо оказать сопротивление виновному лицу».

«При этом не имеет значения, было ли потерпевшее лицо приведено в такое состояние виновным или находилось в беспомощном состоянии независимо от его действий», — добавил ВС.

Одновременно ВС отметил, что, «если виновный осознавал возможность доведения преступных действий до конца, но добровольно и окончательно отказался от совершения изнасилования или насильственных действий сексуального характера (но не вследствие причин, возникших помимо его воли), содеянное им независимо от мотивов отказа квалифицируется по фактически совершенным действиям при условии, что они содержат состав иного преступления».

Высшая судебная инстанция также обратила внимание, что «изнасилованием и насильственными действиями сексуального характера, совершенными группой лиц, должны признаваться не только действия лиц, непосредственно совершивших насильственное половое сношение или насильственные действия сексуального характера, но и действия лиц, содействовавших им путем применения физического или психического насилия к потерпевшему лицу». Если обвиняемый в составе группы содействовал такому преступлению путем насилия, его действия следует квалифицировать как соучастие в изнасиловании. Действия лица, содействовавшего преступлению «советами, указаниями, предоставлением информации виновному либо устранением препятствий и т. п.», надлежит квалифицировать как пособничество.

Эксперты Верховного суда разошлись во мнении, с какого возраста следует привлекать к уголовной ответственности половое сношение с несовершеннолетними. В подготовленном постановлении пленума Верховного суда было предложено два варианта.

По мнению одних экспертов, уголовной ответственности за половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, достигшим двенадцатилетнего возраста, но не достигшим шестнадцатилетнего возраста, а также за совершение развратных действий (ст.ст. 134 и 135 УК РФ) подлежат лица, достигшие ко времени совершения преступления 18 лет.

Вместе с тем, другие эксперты считают, что при отягчающих обстоятельствах (половом сношении или развратных действиях с лицом, не достигшим 14 лет, либо совершенных в отношении двух и более лиц, или совершенных группой лиц) уголовной ответственности подлежат лица, достигшие шестнадцатилетнего возраста.

Верховный суд напомнил также, что такие преступления с отягчающими обстоятельствами, совершенные в отношении лиц, не достигших 12-летнего возраста, признаются уже изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера и подлежат квалификации по более тяжким статьям (ч.4 ст. 131 или ст. 132 УК РФ), поскольку такие потерпевшие считаются находящимися в беспомощном состоянии в силу возраста. Уголовной ответственности за такие деяния подлежат лица, достигшие ко времени совершения преступления 14-летнего возраста.

По итогам обсуждения рекомендаций на пленуме была создана редакционная комиссия, которая должна будет подготовить окончательный текст рекомендаций.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *