Доказательства по ГПК

Правило относимости доказательств заключается в том, что суд должен допускать и исследовать только относящиеся к делу доказательства.

Относящимися же к делу являются доказательства, которые могут подтвердить или опровергнуть существование того или иного искомого факта, то есть содержат сведения об искомых юридических фактах. Относящимися к делу являются также доказательства, из которых можно получить сведения о доказательственных фактах и о фактах, имеющих процессуальное значение.

Право суда отобрать только относящиеся к делу доказательства установлено ст. 59 ГПК: «Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела». Если доказательство к делу не относится, оно не имеет для него значения, и суд в соответствии со ст. 59 ГПК не должен это доказательство допускать: он не принимает его к рассмотрению, отказывает в истребовании или устраняет из дела.

Правило об относимости доказательств находит выражение и в нормах, касающихся отдельных видов доказательств. Так, согласно ч. 2 ст. 69 и ч. 2 ст. 57 ГПК лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, об истребовании или допущении письменного или вещественного доказательства, обязано указать, какие обстоятельства могут быть установлены соответствующими доказательствами. Такое указание дает суду возможность определить, относится ли доказательство к делу, и решить вопрос о его допущении или истребовании.

Значение правила об относимости доказательств заключается в том, что оно позволяет правильно определить объем доказательственного материала, отобрать только те доказательства, которые действительно нужны для установления фактических обстоятельств дела, и устранить из процесса все ненужное, не относящееся к делу, загромождающее процесс.

Под допустимостью доказательств понимают, во-первых, правило, в силу которого суд может использовать только предусмотренные законом виды доказательств: объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письменные и вещественные доказательства, заключения экспертов, аудио- и видеозаписи. Других, не предусмотренных законом доказательств, суд допускать не вправе. Именно в таком смысле обычно говорят о допустимости доказательств в теории уголовного процесса.

Но в гражданском процессе правило допустимости доказательств имеет еще и другое содержание. В ст. 60 ГПК, озаглавленной «Допустимость доказательств», говорится: «Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами».

Таким образом, в гражданском процессе возможны случаи, когда те или иные обстоятельства, согласно прямому указанию закона, не могут доказываться любыми доказательствами. Сама ст. 60 ГПК таких случаев не называет, она допускает лишь возможность их установления. Конкретные ограничения в использовании доказательств устанавливаются другими нормами.

Наиболее известный случай – ст. 162 ГК. Она вводит ограничение в использовании свидетельских показаний: если при совершении сделки была нарушена обязательная простая письменная форма, то в случае спора стороны не вправе ссылаться на свидетельские показания. Другой случай недопустимости свидетельских показаний установлен ст. 812 ГК. Она запрещает доказывать с помощью свидетелей «безденежность» договора займа, то есть что деньги или вещи на самом деле не были получены от кредитора взаймы или были получены в меньшем размере, чем указано в договоре. Свидетельские показания не допускаются для оспаривания договора займа по безденежности в тех случаях, когда договор должен быть заключен в письменной форме.

Таким образом, правила допустимости доказательств содержат отдельные, предусмотренные законом ограничения в использовании доказательств для установления определенных фактов.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, где приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

При оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такой документ или иное письменное доказательство исходит от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписан лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержит все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

Статья 81. Письменные доказательства

Письменными доказательствами являются акты, документы, письма делового или личного характера, содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела.

Статья 82. Порядок собирания письменных доказательств

1. Письменные доказательства могут быть представлены сторонами и другими лицами, участвующими в деле, а также по их просьбе истребованы судом.

2. Документы признаются доказательствами, если сведения, изложенные или удостоверенные в них организациями, должностными лицами, имеют значение для гражданского дела. К документам могут относиться в том числе материалы, содержащие компьютерную информацию, фото- и киносъемки, звуко- и видеозаписи, полученные, истребованные или представленные в порядке, предусмотренном статьей 66 настоящего Кодекса.

3. Лицо, ходатайствующее перед судом об истребовании письменного доказательства от лиц, участвующих или не участвующих в деле, должно обозначить это доказательство, указать причины, препятствующие самостоятельному их получению, и основания, по которым оно считает, что доказательство находится у данного лица.

4. Письменные доказательства, требуемые судом от граждан или юридических лиц, направляются непосредственно в суд.

5. Суд может выдать лицу, ходатайствующему об истребовании письменного доказательства, запрос на право его получения для последующего представления в суд.

Статья 83. Обязанность представления в суд письменных доказательств

1. Лица, не имеющие возможности представить требуемое письменное доказательство или представить его в установленный судом срок, обязаны известить об этом суд с указанием причин.

2. В случае неизвещения суда, а также если требование суда о представлении письменного доказательства не выполнено по причинам, признанным судом неуважительными, лица, участвующие в деле, подвергаются штрафу в размере десяти месячных расчетных показателей, а в случае неисполнения повторного и последующих требований суда — штрафу до двадцати месячных расчетных показателей. Наложение штрафа не освобождает лицо, удерживающее у себя письменное доказательство от обязанности предоставления истребуемой судом вещи.

3. Письменные доказательства, как правило, представляются в подлиннике. Если представлена копия документа, суд вправе, в случае необходимости, потребовать представления подлинника.

Статья 84. Осмотр и исследование письменных доказательств в месте их хранения

При затруднительности представления в суд письменных доказательств суд может потребовать представления надлежащим образом засвидетельствованных копий и выписок или произвести осмотр и исследование письменных доказательств в месте их хранения.

Статья 85. Возвращение подлинных письменных доказательств

1. Подлинные письменные доказательства, а также личные письма, имеющиеся в деле, по просьбе лиц, их представивших, могут быть им возвращены после вступления решения суда в законную силу. При этом в деле оставляется засвидетельствованная судьей копия письменного доказательства.

2. До вступления решения в законную силу письменные доказательства могут быть возвращены лицам, их представившим, если суд найдет это возможным.

Статья 86. Вещественные доказательства

Вещественными доказательствами признаются предметы, если есть основание полагать, что они своим внешним видом, свойствами или иными признаками могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значение для дела.

Статья 87. Хранение и осмотр вещественных доказательств

1. Вещественные доказательства хранятся в деле или по особой описи сдаются в камеру хранения вещественных доказательств суда. Суд принимает меры к сохранению вещественных доказательств в неизменном состоянии.

2. Предметы, которые не могут быть доставлены в суд, хранятся в месте их нахождения. Они должны быть осмотрены судом, подробно описаны в протоколе, а в случае необходимости сфотографированы и опечатаны. Протокол осмотра вещественных доказательств приобщается к делу.

3. Расходы по хранению вещественных доказательств могут быть распределены между сторонами в соответствии со статьей 110 настоящего Кодекса.

См.: Инструкцию «О порядке изъятия, учета, хранения, передачи и уничтожения вещественных доказательств, документов по уголовным делам, гражданским делам и делам об административных правонарушениях судом, органами прокуратуры, предварительного следствия, дознания и судебной экспертизы».

Статья 88. Осмотр вещественных доказательств, подвергающихся быстрой порче

1. Вещественные доказательства, подвергающиеся быстрой порче, немедленно осматриваются и исследуются судом, после чего возвращаются лицу, представившему их для осмотра.

2. О месте и времени осмотра и исследования таких вещественных доказательств извещаются лица, участвующие в деле, если они могут прибыть по месту нахождения вещественных доказательств к моменту их осмотра. Неявка извещенных лиц, участвующих в деле, не препятствует осмотру и исследованию вещественных доказательств. Данные осмотра и исследования заносятся в протокол.

3. Осмотр вещественных доказательств, подвергающихся быстрой порче, и фиксация его результатов производятся в порядке, предусмотренном частями второй и третьей статьи 87 настоящего Кодекса.

Статья 89. Распоряжение вещественными доказательствами

1. Вещественные доказательства после вступления в законную силу решения суда возвращаются лицам, от которых они были получены, или передаются лицам, за которыми суд признал право на эти предметы, или реализуются в порядке, определяемом судом.

2. Предметы, которые по закону не могут находиться в обладании граждан, передаются соответствующим организациям.

3. Вещественные доказательства после их осмотра и исследования судом могут быть до окончания производства по делу возвращены лицам, от которых они были получены, если последние о том ходатайствуют и удовлетворение такого ходатайства не будет препятствовать правильному разрешению дела.

4. По вопросам распоряжения вещественными доказательствами суд выносит определение.

Статья 90. Научно-технические средства в процессе доказывания

1. Лицо, участвующее в деле, в целях собирания доказательств, а также суд в целях их исследования и оценки вправе использовать научно-технические средства.

2. Для оказания содействия при использовании научно-технических средств судом может быть приглашен специалист.

3. Применение научно-технических средств признается допустимым, если они:

1) прямо предусмотрены законом или не противоречат его нормам и принципам;

2) научно состоятельны;

3) обеспечивают эффективность производства по делу;

4) безопасны.

4. Не могут быть использованы в качестве доказательств результаты скрытного применения научно-технических средств, за исключением случаев, когда такое применение допускается законом.

5. Использование научно-технических средств фиксируется справкой, представляемой стороной, или протоколом соответствующего процессуального действия, проводимого судом, с указанием данных научно-технических средств, условий и порядка их применения, объектов, к которым эти средства были применены, и результатов их использования.

6. Исследование, хранение документов и других материалов, полученных с помощью научно-технических средств, и распоряжение ими осуществляются в порядке, предусмотренном статьями 87 и 89 настоящего Кодекса.

Статья 91 изменена Законом РК от 6.11.01 г. № 251-II (см. стар. ред.)

Статья 91. Назначение экспертизы

1. Экспертиза назначается в случаях, когда обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены в результате исследования материалов дела, проводимого экспертом на основе специальных научных знаний. Наличие таких знаний у иных лиц, участвующих в гражданском судопроизводстве, не освобождает суд от необходимости в соответствующих случаях назначить экспертизу.

2. Наличие в деле актов ревизий, проверок, заключений ведомственных инспекций, а также письменных консультаций специалистов не заменяет заключения эксперта и не исключает возможности назначения судебной экспертизы по тем же вопросам.

3. Суд назначает экспертизу по ходатайству стороны или по своей инициативе.

4. В качестве эксперта может быть вызвано не заинтересованное в деле лицо, обладающее специальными научными знаниями. Производство судебной экспертизы может быть поручено:

1) сотрудникам органов судебной экспертизы;

2) лицам, осуществляющим судебно-экспертную деятельность на основании лицензии;

3) в разовом порядке иным лицам в соответствии с требованиями закона.

См.: Закон Республики Казахстан от 12 ноября 1997 года № 188-1 «О судебной экспертизе».

5. Лица, участвующие в деле, могут просить суд о поручении производства экспертизы конкретному лицу, обладающему необходимыми специальными научными знаниями.

6. Производство экспертизы может быть поручено лицу из числа предложенных лицами, участвующими в деле. Требование суда о вызове лица, которому поручено производство экспертизы, обязательно для руководителя организации, где работает указанное лицо.

7. Каждое лицо, участвующее в деле, вправе представить суду вопросы, которые должны быть поставлены перед экспертом. Окончательно круг вопросов, по которым эксперт должен дать заключение, определяется судом. Отклонение предложенных вопросов суд обязан мотивировать. Определение суда о назначении экспертизы может быть обжаловано или опротестовано.

8. Если сторона уклоняется от участия в производстве экспертизы или чинит препятствия ее проведению (не является на экспертизу, не представляет экспертам необходимые для исследования материалы, не представляет возможности исследования принадлежащих ей объектов, которые невозможно или затруднительно представить в суд), а по обстоятельствам дела без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд, в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

9. О назначении экспертизы суд выносит определение.

10. В определении о назначении экспертизы суд указывает: наименование суда, время, место назначения экспертизы; наименование сторон по рассматриваемому делу; вид экспертизы; основания для назначения экспертизы; вопросы, поставленные перед экспертом; наименование органа судебной экспертизы либо фамилию, имя и отчество лица, которому поручается производство экспертизы; объекты и иные материалы дела, направляемые для производства экспертизы. В определении также указывается, что за дачу заведомо ложного заключения эксперт предупреждается об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 352 Уголовного кодекса Республики Казахстан.

См. также: Постановление Пленума Верховного суда КазССР от от 22 декабря 1989 г. № 14 «Об экспертизе по гражданским делам», Нормативное постановление Верховного Суда Республики Казахстан от 13 декабря 2001 года № 21 О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству, комментарий к статье

Кодекс дополнен статьей 91-1 в соответствии с Законом РК от 04.07.06 г. № 151-III

Статья 91-1. Получение образцов

1. Судья вправе получить образцы, в том числе отображающие свойства живого человека, трупа, животного, вещества, предмета, если их исследование имеет значение для дела.

2. К образцам относятся также пробы материалов, веществ, сырья, готовой продукции.

3. О получении образцов выносится мотивированное определение, в котором должны быть указаны: лицо, которое будет получать образцы; лицо (организация), у которого следует получить образцы; какие именно образцы и в каком количестве должны быть получены; когда и к кому должно явиться лицо для получения у него образцов; когда и кому должны быть представлены образцы после их получения.

4. Образцы могут быть получены судьей лично, а при необходимости — с участием врача или другого специалиста, если это не сопряжено с обнажением лица противоположного пола, у которого берутся образцы, и не требует особых профессиональных навыков. В иных случаях образцы могут быть получены по поручению судьи врачом или другим специалистом.

5. Правом получения образцов обладают судья, эксперт, врач или другой специалист.

6. В случаях, когда получение образцов является частью экспертного исследования, оно может быть произведено экспертом.

7. Образцы могут быть получены у сторон, а также у третьих лиц.

8. Судья вызывает к себе лицо, знакомит его под расписку с определением о получении образцов, разъясняет ему и иным лицам, участвующим в данном процессуальном действии, их права и обязанности.

9. Судья лично или с участием специалиста производит необходимые действия, получает образцы, упаковывает их и опечатывает.

10. Результаты получения образцов фиксируются в протоколе процессуального действия (судебного заседании), в котором описываются действия, предпринятые для получения образцов, в той последовательности, в которой они производились, примененные при этом научно-исследовательские и другие методы и процедуры, а также сами образцы.

См.: комментарий к статье

Кодекс дополнен статьей 91-2 в соответствии с Законом РК от 04.07.06 г. № 151-III

Статья 91-2. Получение образцов врачом или другим специалистом, а также экспертом

1. Судья направляет к врачу или другому специалисту лицо, у которого должны быть получены образцы, а также определение с соответствующим поручением. В определении должны быть указаны права и обязанности всех участников данного процессуального действия.

2. Врач или другой специалист по поручению судьи производит необходимые действия и получает образцы. Образцы упаковываются и опечатываются, после чего вместе с официальным документом, составленным врачом или другим специалистом, направляются судье.

3. В процессе исследования экспертом могут быть изготовлены экспериментальные образцы, о чем он сообщает в заключении.

4. Судья вправе присутствовать при изготовлении таких образцов, что отражается в составляемом им протоколе.

5. После проведения исследования эксперт прилагает образцы к своему заключению в упакованном и опечатанном виде.

6. Если образцы получены по поручению судьи специалистом или экспертом, он составляет официальный документ, который подписывается всеми участниками процессуального действия и передается судье для приобщения к материалам дела.

7. К протоколу прилагаются полученные образцы в упакованном и опечатанном виде.

См.: комментарий к статье

Кодекс дополнен статьей 91-3 в соответствии с Законом РК от 04.07.06 г. № 151-III

Статья 91-3. Охрана прав личности при получении образцов

Методы и научно-технические средства получения образцов должны быть безопасны для жизни и здоровья человека. Применение сложных медицинских процедур или методов, вызывающих сильные болевые ощущения, допускается лишь с письменного согласия на это лица, у которого должны быть получены образцы, а если оно не достигло совершеннолетия или страдает психическим заболеванием, то и с согласия его законных представителей.

См.: комментарий к статье

В статью 92 внесены изменения в соответствии с Законом РК от 04.07.06 г. № 151-III (см. стар. ред.)

Статья 92. Права и обязанности эксперта

1. Эксперт имеет право: знакомиться с материалами дела, относящимися к предмету экспертизы; заявлять ходатайства о предоставлении ему дополнительных материалов, необходимых для дачи заключения; с разрешения суда участвовать в заседании суда и задавать его участникам вопросы, относящиеся к предмету экспертизы; знакомиться в соответствующей части с протоколом судебного заседания и делать подлежащие внесению в протокол замечания относительно полноты и правильности фиксации его действий и показаний; по согласованию с судом, назначившим экспертизу, указывать в заключении обстоятельства, имеющие значение для дела, установленные при производстве экспертизы по его инициативе; представлять заключение и давать показания на своем национальном языке или языке, которым владеет, пользоваться бесплатной помощью переводчика; приносить жалобы на действия суда, ущемляющие его права при производстве экспертизы; отказаться от дачи заключения по вопросам, выходящим за пределы его специальных знаний, а также в случаях, если предоставленные ему материалы недостаточны для дачи заключения; получать возмещение расходов, понесенных при производстве экспертизы, и вознаграждение за выполненную работу, если производство судебной экспертизы не входит в круг его должностных обязанностей.

2. Эксперт не вправе: помимо суда, вести переговоры с лицами, участвующими в деле, по вопросам, связанным с проведением экспертизы; самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования; проводить исследования, могущие повлечь полное или частичное уничтожение объектов, изменение их внешнего вида или основных свойств, если на это не было специального разрешения суда, назначившего экспертизу.

3. Эксперт обязан: являться по вызову суда; дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам; давать показания по вопросам, связанным с проведенным исследованием и данным заключением.

4. За дачу заведомо ложного заключения эксперт несет уголовную ответственность, предусмотренную статьей 352 Уголовного кодекса Республики Казахстан.

Статья 93. Порядок производства экспертизы

1. Экспертиза производится в суде или вне суда в зависимости от характера исследования либо невозможности или затруднительности доставки объектов для исследования в судебном заседании.

2. Достоверность и допустимость объектов экспертного исследования гарантирует суд.

3. Объекты экспертного исследования, если их габариты и свойства это позволяют, передаются эксперту в упакованном и опечатанном виде. В остальных случаях суд, назначивший экспертизу, должен обеспечить доставку эксперта к месту нахождения объектов исследования, беспрепятственный доступ к ним и условия, необходимые для проведения исследования.

4. Лица, участвующие в деле, вправе присутствовать при производстве экспертизы, за исключением случаев, когда такое присутствие при производстве экспертизы вне суда может помешать нормальной работе экспертов. При удовлетворении судом просьбы о присутствии при проведении экспертизы лиц, участвующих в деле, указанные лица извещаются о месте и времени производства экспертизы. Неявка извещенных лиц не препятствует производству экспертизы.

5. В случае присутствия при производстве экспертизы вне суда лиц, участвующих в деле, обязательное участие судебного пристава определяется судом.

6. При поручении производства экспертизы органу судебной экспертизы суд направляет определение о назначении экспертизы и необходимые материалы его руководителю. Экспертиза производится тем сотрудником органа судебной экспертизы, который указан в определении. Если конкретный эксперт в определении о назначении экспертизы не указан, его выбор осуществляет руководитель органа судебной экспертизы, о чем сообщает суду, назначившему экспертизу.

7. Руководитель органа судебной экспертизы организует производство экспертизы, устанавливает сроки ее производства, осуществляет контроль за качественным проведением экспертного исследования и обеспечением сохранности объектов экспертизы.

8. Руководитель органа судебной экспертизы не вправе давать эксперту указания, предрешающие исход исследования и содержание заключения.

9. Возмещение расходов, связанных с производством экспертизы, а также оплата труда эксперта производятся по правилам статьи 108 настоящего Кодекса.

Статья 94. Единоличная и комиссионная экспертиза

1. Производство экспертизы осуществляется экспертом единолично либо комиссией экспертов.

2. Комиссионная экспертиза назначается в случаях необходимости производства сложных экспертных исследований и проводится несколькими экспертами одной специальности.

3. Члены экспертной комиссии совместно анализируют полученные результаты и, придя к общему мнению, подписывают заключение либо сообщение о невозможности дать заключение. В случае разногласия между экспертами каждый из них или часть экспертов дает отдельное заключение, либо эксперт, мнение которого расходится с выводами остальных членов комиссии, формулирует его в заключении отдельно.

4. Определение суда о производстве комиссионной экспертизы обязательно для руководителя органа судебной экспертизы. Руководитель органа судебной экспертизы вправе самостоятельно принять решение о проведении по представленным материалам комиссионной экспертизы и организовать ее производство.

Статья 95. Комплексная экспертиза

1. Комплексная экспертиза назначается в случаях, когда для установления обстоятельства, имеющего значение для дела, необходимы исследования на основе разных отраслей знаний, и проводится экспертами различных специальностей в пределах своей компетенции.

2. В заключении комплексной экспертизы должно быть указано, какие исследования, в каком объеме провел каждый эксперт и к каким выводам он пришел. Каждый эксперт подписывает ту часть заключения, в которой содержатся эти исследования.

3. На основе результатов исследований, проведенных каждым из экспертов, ими формулируется общий вывод (выводы) об обстоятельстве, для установления которого экспертиза была назначена. Общий вывод (выводы) формулируют и подписывают только эксперты, компетентные в оценке полученных результатов. Если основанием окончательного вывода комиссии или части ее являются факты, установленные одним из экспертов (отдельными экспертами), то об этом должно быть указано в заключении.

4. В случае разногласий между экспертами результы исследований оформляются в соответствии с частью третьей статьи 94 настоящего Кодекса.

5. Организация производства комплексной экспертизы, порученной органу судебной экспертизы, возлагается на ее руководителя. Руководитель органа судебной экспертизы вправе также самостоятельно принять решение о проведении комплексной экспертизы по представленным материалам и организовать ее производство.

Статья 96. Заключение эксперта

1. Заключение эксперта — это представленные в предусмотренной настоящим Кодексом письменной форме выводы по вопросам, поставленным перед экспертом судом или сторонами, основанные на исследовании материалов дела, в том числе вещественных доказательств и образцов, проведенном с использованием специальных научных знаний.

2. Заключение составляется экспертом (экспертами) после производства необходимых исследований с учетом его результатов от своего имени, удостоверяется его (их) подписью и личной печатью и направляется в суд, назначивший экспертизу. В случае проведения экспертизы органом судебной экспертизы подпись эксперта (экспертов) заверяется печатью указанного органа.

3. В заключении эксперта должно быть указано: когда, где, кем (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы по специальности, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), на каком основании произведена экспертиза; отметка, удостоверенная подписью эксперта о том, что он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; вопросы, поставленные перед экспертом; кто присутствовал при производстве экспертизы и какие давал пояснения; какие материалы дела эксперт использовал; какие объекты были подвергнуты исследованию; какие исследования произведены, какие методы применены и в какой мере они надежны; обоснованные ответы на поставленные вопросы. Если при производстве экспертизы эксперт установит обстоятельства, имеющие значение для дела, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе указать их в своем заключении.

4. Заключение должно содержать обоснование невозможности ответить на все или некоторые из поставленных вопросов, если обстоятельства, указанные в статье 97 настоящего Кодекса, выявлены в ходе исследования.

5. К заключению должны быть приложены оставшиеся после исследования объекты, в том числе образцы, а также фототаблицы, схемы, графики, таблицы и другие материалы, подтверждающие выводы эксперта. Приложение к заключению подписывается экспертом (экспертами).

6. Устные пояснения эксперта являются доказательствами лишь в части разъяснения данного им ранее заключения.

7. Заключение эксперта не является обязательным для суда, однако его несогласие с заключением должно быть мотивировано.

Статья 97. Сообщение о невозможности дать заключение

Если эксперт до проведения исследования убеждается, что поставленные перед ним вопросы выходят за пределы его специальных знаний, либо представленные ему материалы непригодны или недостаточны для дачи заключения и не могут быть восполнены, либо состояние науки и экспертной практики не позволяет ответить на поставленные вопросы, он составляет мотивированное сообщение о невозможности дать заключение и направляет его суду.

Статья 98. Дополнительная и повторная экспертизы

1. Дополнительная экспертиза назначается при недостаточной ясности или полноте заключения, а также возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств.

2. Производство дополнительной экспертизы может быть поручено тому же или иному эксперту.

3. Повторная экспертиза назначается для исследования тех же объектов и решения тех же вопросов, когда предыдущее заключение эксперта недостаточно обосновано, либо его правильность вызывает сомнение, либо существенно нарушены процессуальные нормы производства экспертизы.

4. В определении о назначении повторной экспертизы должны быть приведены мотивы несогласия с результатами предыдущей экспертизы.

5. Производство повторной экспертизы поручается комиссии экспертов. Эксперты, проводившие предыдущую экспертизу, могут присутствовать при производстве повторной экспертизы и давать комиссии пояснения, однако в экспертном исследовании и составлении заключения они не участвуют.

6. При поручении производства дополнительной и повторной экспертизы эксперту (экспертам) должны быть представлены заключения предыдущих экспертов.

В статью 99 внесены изменения в соответствии с Законом РК от 04.07.06 г. № 151-III (см. стар. ред.)

Статья 99. Привлечение специалиста к участию в процессуальных действиях

1. Для участия в судебном заседании или процессуальных действиях в целях оказания содействия в собирании, исследовании и оценке доказательств путем дачи консультаций (пояснений) и помощи в применении научно-технических средств судом в качестве специалиста может быть привлечено не заинтересованное в исходе дела совершеннолетнее лицо, обладающее специальными знаниями.

Суд вправе привлекать специалистов и по ходатайству стороны. Лица, участвующие в деле, могут просить суд о привлечении в качестве специалиста конкретного лица, обладающего специальными знаниями.

2. Назначение специалиста оформляется определением суда.

3. Лицо, вызванное в качестве специалиста, имеет право: знать цель своего вызова; отказаться от участия в производстве по делу, если не обладает соответствующими специальными знаниями и навыками; с разрешения суда задавать вопросы участникам процессуального действия; обращать внимание участников процессуального действия на обстоятельства, связанные с его действиями при оказании содействия в собирании, исследовании и оценке доказательств, при применении научно-технических средств, подготовке материалов для назначения экспертизы; знакомиться с протоколом процессуального действия, в котором он принимал участие, а также в соответствующей части с протоколом заседания суда и делать подлежащие занесению в протокол заявления и замечания относительно полноты и правильности фиксации хода и результатов производившихся при его участии действий; приносить жалобы на действия суда; получать возмещение расходов, понесенных им в связи с участием в производстве процессуальных действий, и вознаграждение за выполненную работу, если участие в производстве по делу не входит в круг его должностных обязанностей.

4. Лицо, назначенное специалистом, обязано: явиться по вызову суда; участвовать в производстве процессуальных действий и в судебном разбирательстве, используя специальные знания, навыки и научно-технические средства; давать консультации; давать пояснения по поводу выполняемых им действий.

См.: комментарий к статье

Глава 8. Судебные расходы

Статья 100. Понятие и состав судебных расходов

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с производством по делу.

См. Нормативное постановление Верховного Суда Республики Казахстан от 25 декабря 2006 года № 9 «О применении судами Республики Казахстан законодательства о судебных расходах по гражданским делам».

В статью 101 внесены изменения в соответствии с Законом РК от 24.12.01 г. № 276-II (см. стар. ред.)

7.7. СУД ОБЯЗАН ДОКАЗЫВАТЬ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ

Т.И. Андрющенко, e-mail: aspekt-56@mail.ru

Аннотация: В соответствии с принципом равноправия и состязательности сторон суд обязан создать сторонам необходимые условия для осуществления ими своих процессуальных функций. Однако сам суд не только не вправе устраняться от активного участия в доказывании, включая собирание недостающих для обоснования законного и мотивированного решения доказательств, но и обязан активно доказывать наличие или отсутствие обстоятельств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу.

Ключевые слова: суд, доказательства, обязанность доказывания, собирание доказательств.

COURT MUST PROVE CIRCUMSTANCES ON CRIMINAL CASE

T.IAndryushenko, e-mail: aspekt-56@mail.ru

Keywords: court, proofs, a duty of proof, collecting of proofs.

Современное доказательственное право по-новому определяет роль и процессуальную компетенцию суда в доказывании. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения и защиты. Он создаёт необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ст. 15 УПК).

Подобная формулировка приведённой правовой нормы воспринимается многими учёными как отсутствие у суда обязанности доказывания, а значит, и нормативной возможности его осуществления в полном объёме. Так, например, учитывая, что раскрытие преступления перестало быть задачей уголовного судопроизводства, В.С. Шадрин считает: «Возложение на суд, наряду со всеми другими органами уголовного судопроизводства, обязанности устанавливать все обстоятельства совершения преступления, то есть устанавливать истину, что равносильно обязанности собирать как обвинительные, так и оправдательные доказательства, уже не соответствует его современной роли, противоречит принципу состязательности уголовного процесса”. Подобный вывод делает и С.А. Тумашов: «Не соответствует принципу состязательности возложение на суд обязанности собирать доказательства (ч. 2 ст. 86 УПК РФ). Обязанность собирать доказательства должна лежать на сторонах обвинения и защиты. Главная же задача суда — разрешение уголовного дела на основе состязательности сторон”.

По мнению В. Бозрова, попытавшегося на основе логического толкования ст. 274 УПК, устанавливающей

порядок исследования доказательств в судебном следствии, определить предназначение суда в уголовном процессе, оно (предназначение) состоит не в доказывании, а в разрешении уголовного дела по существу, поэтому «функция суда (судьи) в уголовнопроцессуальном доказывании по отношению к сторонам должна носить субсидиарный характер — создавать необходимые условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав”.

А.Р. Белкин анализирует проблему участия суда в доказывании не только с точки зрения буквального понимания положений ст. 15 УПК о содержании принципа состязательности, но и с позиции осуществления судебной деятельности на отдельных этапах доказывания: «Суд стоит над сторонами в процессе, он судит, а не доказывает, ему принадлежит лишь на стадии судебного следствия функция исследования и оценки представляемых сторонами доказательств. Но реализация этой функции ещё не означает участие в доказывании, поскольку суд не должен собирать доказательства, то есть формировать доказательственную базу обвинения и защиты”. В своей более поздней работе А.Р. Белкин дополнил приведённую цитату: «Очевидно, что последовательная и прямолинейная реализация принципа состязательности процесса приводит к необходимости признать собирание доказательств лишь правом, но не обязанностью суда. Однако законодатель не пошёл по этому пути, сохранив эту обязанность суда в ч. 1 ст. 86 УПК РФ”.

Весьма примечательное дополнение: А.Р. Белкин констатирует наличие у суда обязанности доказывания, заключающейся в том числе в необходимости собирания доказательств, хотя это, по его мнению, противоречит принципу состязательности.

Чтобы не создавать даже видимость причастности суда к позиции одной из сторон в процессе, В.П. Смирнов считает необходимым упразднить дискреционные полномочия суда, которые «зачастую ведут к дисфункционированию сторон, а из этого следует, что активность суда и активность сторон при исследовании доказательств — это взаимно исключающие друг друга правовые явления”.

Своеобразное заключение относительно приведённых суждений высказали некоторые другие учёные. Посетовав, что суд в настоящее время не должен принимать всех мер к установлению истины по делу и изобличению лиц, совершивших преступление, М. Иванов заключает: «Теперь роль суда состоит в определении допустимости и достаточности доказательств и, на этой основе, доказанности или недоказанности обвинения”. Эту же мысль подчёркивает и В.И. За-жицкий: «Теперь суд в судебном разбирательстве уподобляется судье на ринге, который в конечном итоге поднимает руку победителя”. Ему вторит Н.И. Га-зетдинов, который полагает, что в состязательном уголовном процессе России суд «выполняет роль арбитра, независимого от сторон, организатора судебного процесса, который не вправе подменять собой обвинение и защиту, его обязанность — принять законный акт правосудия”.

Осуществляя правосудие по уголовному делу, суд даёт окончательную правовую оценку всем обстоятельствам инкриминируемого подсудимому преступления. Разрешение уголовного дела по существу представляет собою сложную процессуальную деятельность суда, включающую в себя не только формулирование принимаемого решения, но и всю предше-

ствующую этому систему процессуальных действий по установлению обстоятельств, имеющих значение для дела. В соответствии с ч.1 ст. 74 УПК суд устанавливает наличие или отсутствие подобных обстоятельств на основе имеющихся доказательств. Таким образом, собирая доказательства и оперируя ими в процессе установления фактических обстоятельств, суд осуществляет доказывание в полном смысле этого слова. Суд не может и не должен выступать в доказывании в качестве якобы незаинтересованного счётчика доказательств обвинения и защиты, являясь своеобразным пассивным рефери (арбитром) сторон обвинения и защиты.

Вместе с тем, нельзя не отметить, что используемые судом доказательства ни в коем случае не могут быть нейтральными, поскольку всегда ориентированы на установление наличия либо отсутствия входящих в предмет доказывания обстоятельств. Свойство относимости всегда ориентирует доказательство совершенно определённым образом, вследствие чего оно становится либо обвинительным, либо оправдательным. Но ведь и судебное решение не может быть нейтральным, поскольку закон предусматривает только два вида приговора: оправдательный или обвинительный (ч. 1 ст. 302 УПК). Их возможно постановить, лишь признав безусловную правоту доводов той или иной стороны.

Необходимо также отметить, что законодатель прямо называет суд в качестве субъекта всех нормативно установленных этапов доказывания, целью которых, как указано в ст. 85 УПК, является установление обстоятельств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу (ст. 73 УПК). Такое установление происходит посредством собирания судом наряду с другими субъектами доказывания доказательств (ст. 86 УПК), их проверки (ст. 87 УПК) и оценки (ст. 88 УПК). Кроме того, суд является одним из субъектов, правомочных на основе доказательств устанавливать наличие или отсутствие фактических обстоятельств (ч. 1 ст. 74 УПК). Заметим, что при этом он находится с иными публичными субъектами доказывания в одном нормативном ряду, и закон не делает для него каких-либо исключений либо преимуществ.

Видимо, совсем не случайно суд наделён правом производить в рамках судебного следствия различные следственные действия, причём не только по ходатайствам сторон, но и по собственной инициативе (ст. 275 — 290 УПК).

Учитывая столь широкие нормативные возможности суда по действенному установлению обстоятельств инкриминируемого подсудимому преступления, М.Т. Аширбекова обоснованно полагает, что «собирание доказательств, проверка и оценка их судом с целью установления обстоятельств предмета доказывания является обязанностью публично-правового порядка, вытекающей из природы суда”. Об этом пишет и

Н.Н. Ковтун: «Собирая доказательства по делу, суд одновременно обязан всесторонне, полно и объективно проверить их в ходе судебного следствия, оценить их относимость, допустимость, достоверность и достаточность для законного и обоснованного решения, достижения стоящих перед ним задач”.

По мнению Ю.К. Орлова, «чистая состязательность», при которой суд уподобляется беспристрастному арбитру в спортивной борьбе, который, в конце концов, присуждает приз победителю, может применяться только в такой судебной системе, где гражданин борется с государством, а не обращается к нему. Кроме

того, отстранённость суда от процессуального спора сторон обвинения и защиты, его бесстрастность и пассивность при этом означают отсутствие правовой ответственности за результат разрешения спора по уголовному делу. «Устранение суда из числа субъектов доказывания резко снизит шансы на установление истины, уменьшит число гарантий её достижения. Нельзя превращать суд в беспристрастного арбитра, фиксирующего победителя в споре. Всё-таки уголовный процесс — не спортивная борьба, где задача арбитров лишь определить сильнейшего. Целью доказывания должна оставаться истина, а не присуждение приза победившей стороне. Поэтому за судом должна оставаться обязанность принять все возможные меры к установлению истины”.

Неубедительность суждений о правовой беспристрастности суда и его отстранённости от позиций обеих сторон в уголовном процессе, об его обязанности судить только в соответствии с формальными предписаниями закона, не вдаваясь в особенности исследуемых юридических фактов, подтверждается прямыми нормативными установлениями, предписывающими суду активно собирать доказательства и использовать их в доказывании, а также делать это в строгом соответствии с законом, руководствуясь при этом внутренним убеждением и совестью (ст. 17, 86-88 УПК). Указанные нравственные категории никак не назовёшь формальными правовыми предписаниями, поскольку они заставляют суд внутренне переживать рассматриваемую ситуацию и оценивать её так, как это позволяют делать общественная мораль и внутренняя духовность каждого конкретного судьи. Как считает А.А. Власов, «если исходить только из того, что суд несёт ответственность за доказывание (а иного быть не может, так как в случае обжалования решение может быть отменено), то уже этого достаточно для того, чтобы признать суд субъектом доказывания”.

Доказывание в уголовном процессе означает не только юридическое удостоверение определённых фактических обстоятельств, но и, что не менее важно, их собственное познание оценивающим субъектом. Несомненно, к числу таких оценивающих субъектов следует отнести суд, который должен в полном объёме, всесторонне и объективно познать исследуемое уголовно-правовое явление и принять на основе сформированного собственного оценочного суждения определённое процессуальное решение. «Во время судебного следствия суд (председательствующий судья) вправе принять все предусмотренные УПК меры для восполнения пробелов досудебного производства по делу (как со стороны обвинения, так и со стороны защиты), с целью установления истины по делу, но только при соблюдении главного правила — недопущения судом односторонности судебного следствия, что сопряжено с выполнением функции обвинения”.

Суд, по моему убеждению, не вправе ограничиваться ролью не только абстрактного статиста, то также координатора и организатора доказательственной деятельности сторон. Он должен обладать реальной возможностью самостоятельно устанавливать все искомые обстоятельства по уголовному делу. «Правосудие не может ограничиваться интуицией. Слишком велика цена судебного документа, чтобы пренебречь педантичным продумыванием всех версий …”.

Вне всякого сомнения, суд должен иметь правовую возможность самостоятельно определять границы, пределы познания обстоятельств исследуемого в рамках судебного следствия уголовно-правового события.

При недостаточной доброкачественности представленных сторонами доказательств, пассивности и неумении сторон отыскивать дополнительные фактические данные, суд, ни в коем случае не подменяя ни одну из сторон и не выражая ничьи интересы, кроме интересов общества и государства в установлении действительной картины произошедшего события, может и должен самостоятельно собирать недостающие для достаточной совокупности однородные с нею доказател ьства.

Чтобы принять обоснованное решение по уголовному делу, суд должен познать и процессуально доказать его событийную сущность. В этой связи есть, по-моему, все основания согласиться с С.А. Шейфером: «Вопреки утверждениям некоторых авторов, доказательства собирает не только следователь, но и суд. В условиях утверждения принципа состязательности и положений нового УПК о том, что доказательства представляются сторонами, этот факт всё же трудно отрицать. И дело здесь не только в предписаниях ст. 86 УПК, которая прямо устанавливает, что суд собирает доказательства, или ст. 240 УПК, согласно которой исследование доказательств посредством судебных действий производит суд. Дело даже не в том, что именно на суд закон возлагает обязанность производить с участием сторон осмотр, следственный эксперимент, предъявление для опознания и освидетельствование (ст. 287-290 УПК). Дело прежде всего в том, что результаты этой познавательной деятельности -сведения о существенных обстоятельствах, полученные в большинстве случаев из тех же источников, из которых их получал следователь, фиксируются в протоколе судебного заседания, после чего они становятся доказательствами”.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Специфика познания судом обстоятельств по уголовному делу, все произведённые при этом процессуальные действия и принятые решения отражаются в протоколе судебного заседания (ст. 259 УПК), который, кстати, сам по себе также является доказательством по уголовному делу (ч. 2 ст. 74, ст. 83 УПК). Получается, что даже из формальных соображений нельзя отказать суду в праве собирать доказательства, в том числе по собственной инициативе.

Собирая доказательства, суд должен обладать достаточной автономией воли для принятия решения о необходимости получения дополнительных сведений об обстоятельствах, подлежащих установлению по уголовному делу. М.А. Козлов применительно к уголовному процессу ФРГ отметил, что «германский суд, собирая доказательства (Beweismittel), обладает автономией воли, а потому свободен в принятии решения о сборе дополнительных доказательств и тем самым определяет, с одной стороны, необходимость получения дополнительной информации в целях установления истины, т.е. момент её достижения, а с другой стороны, — меру своей активности при исследовании обстоятельств уголовного дела”.

Автономия воли суда в российском уголовном процессе основывается, прежде всего, на конституционном положении о его независимости и подчинении только закону (ст. 120 Конституции РФ).

Вместе с тем, пределы активности суда и глубины его познания обстоятельств исследуемого события не должны быть столь произвольными, чтобы изначально соотносить его позицию с позицией одной из сторон. «Активность суда никоим образом не должна превращаться в источник движения уголовного дела”, -справедливо отмечает А.В. Смирнов. Следует пом-

нить, что судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, изменение которого в сторону ухудшения положения подсудимого не допускается (ст. 252 УПК). Только обвинение, сформулированное в обвинительном заключении (ст. 220 УПК), обвинительном акте (ст. 225 УПК) или заявлении по уголовному делу частного обвинения (ст. 318 УПК), являясь движущей силой уголовного судопроизводства, может определять правовые рамки исследовательской деятельности суда при рассмотрении уголовного дела. Выход за его пределы недопустим, как недопустимо и их произвольное сужение. Правильно отмечает в этой связи М.А. Козлов: «Безусловно, речь не должна идти о такой степени активности, когда суд становится единственным субъектом доказывания, а границы судейского усмотрения не определены”.

В связи с изложенным есть все основания утверждать не только о праве суда активно собирать доказательства с целью более полного и всестороннего познания обстоятельств по уголовному делу в рамках имеющегося государственного или частного обвинения, но и о его правовой обязанности делать это. Совершенно справедливо утверждает Ю.К. Орлов, что «состязательность в уголовном процессе должна не исключать, а предполагать активность суда в собирании доказательств и его обязанность принимать все меры к установлению истины по делу (. в рамках предъявленного обвинения)”.

По моему убеждению, суд обязан исследовать все представленные ему сторонами по уголовному делу доказательства, а также при необходимости самостоятельно получать дополнительные доказательства для принятия правильного, обоснованного и справедливого процессуального решения.

Список литературы:

1. Шадрин В.С. Современные проблемы истины и её установление в уголовном процессе //Современные проблемы уголовно-процессуального доказывания. Волгоград, 2000. С. 15.

2.Тумашов С.А. Принцип состязательности сторон и его роль в обеспечении прав участников уголовного судопроизводства // Обеспечение прав и свобод личности в уголовном судопроизводстве. Волгоград, 2003. С. 73-74.

3. Бозров В. «Тактика судьи» в прошлом и настоящем уголовном процессе // Российская юстиция. 2003. № 10. С. 32.

4. Белкин А.Р. Теория доказывания. М., 1999. С. 26.

5. Белкин А.Р. Теория доказывания в уголовном судопроизводстве. М., 2005. С. 58.

6. Смирнов В.П. Противоборство сторон как сущность принципа состязательности уголовного судопроизводства // Государство и право. 1998. № 3. С. 60.

7. Иванов М. Состязательность и права сторон в уголовном судопроизводстве // Законность. 2006. № 6. С.53.

8. Зажицкий В.И. О направлениях совершенствования Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации // Г осударство и право. 2004. № 4. С. 31.

9. Газетдинов Н И. Сущность и значение принципа состязательности // Вестник Оренбургского госуд. унта. 2005. № 3. С. 108.

нятии и цели доказывания в уголовном процессе // Государство и право. 1996. № 9. С. 60-67.

11. Ковтун Н.Н. О роли суда в доказывании по уголовным делам в свете конституционного принципа состязательности процесса // Государство и право. 1998. № 6. С. 61.

12. См.: Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. М., 2000. С. 19-20.

13. Орлов Ю.К. Проблемы теории доказательств в уголовном процессе. М., 2009. С. 38-39.

14. Власов А.А., Лукьянова И.Н., Некрасов С.В. Особенности доказывания в судопроизводстве. М., 2004. С.19.

15. Гришин С.П. Активность суда и состязательность уголовного процесса // Российский судья. 2006. № 1. С.11.

16. Амосов С. Метод судебного познания // Российская юстиция. 2004. № 3. С. 62.

17. Шейфер С.А. Предварительное и судебное следствие по УПК РФ: проблемы соотношения // Проблемы обеспечения прав участников процесса по новому Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Самара, 2003. С. 40.

18. Козлов М.А. Суд как субъект доказывания в уголовном процессе ФРГ // Проблемы развития уголовнопроцессуального законодательства на современном этапе. Самара. 2002. С. 177.

19. Смирнов А.В. Модели уголовного процесса. СПб., 2000. С. 55.

20. Козлов М.А. Суд как субъект доказывания в уголовном процессе ФРГ // Проблемы развития уголовнопроцессуального законодательства на современном этапе. Самара, 2002. С. 181.

21. Орлов Ю. Принцип состязательности в уголовном процессе: значение и пределы действия // Российская юстиция. 2004. № 2. С. 53.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Отзыв

научного руководителя на научную статью Т.И. Андрющенко «Суд обязан доказывать обстоятельства по уголовному делу»

Статья Т.И.Андрющенко «Суд обязан доказывать обстоятельства по уголовному делу» подготовлена на актуальную тему. Учитывая, что ведущим принципом российского уголовного судопроизводства в настоящее время является состязательность, многие юристы полагают, что суд должен занимать в уголовнопроцессуальном доказывании пассивную позицию, лишь создавая сторонам обвинения и защиты оптимальные условия для выполнения предписанных им функций. Вместе с тем, при подобном отношении к определению позиции суда не учитывается, что его приговор должен быть не только законным, но также обоснованным и справедливым. Эти критерии могут быть соблюдены только в том случае, когда суд самостоятельно не только исследовал представленные сторонами доказательства, но и при необходимости получил дополнительные, чтобы проверить содержащуюся в имеющихся доказательствах фактическую информацию.

В своей статье автор привела, как представляется, достаточно убедительные аргументы в пользу активной роли суда в уголовно-процессуальном доказывании. В связи с этим полагаю, что данная статья вызовет интерес не только у учёных, занимающихся исследованием проблем судебного доказывания, но будет полезна и практическим работникам в данной сфере государственной деятельности.

Учитывая изложено, рекомендую статью Т.И. Андрющенко «Суд обязан доказывать обстоятельства по уголовному делу» к опубликованию.

Научный руководитель

кандидат юридических наук, доцент В.Л. Будников

В. С. ШАДРИН

Согласно уголовно-процессуальному закону каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности — достаточности для разрешения уголовного дела (ч. 1 ст. 88 УПК РФ).

В учебной юридической литературе допустимость доказательств, если излагать ее понятие лаконично, обычно определяется как процессуальное свойство, или качество, характеризующее получение доказательств законным путем(1). В законодательстве же определение понятия допустимости отсутствует, зато употребляется выражение «недопустимость доказательств» (ч. 6 ст. 355 УПК РФ). Таким образом, понятие допустимости доказательств определяется законом «от обратного», в негативном смысле. Допустимость есть явление, противоположное недопустимости доказательств, и наоборот.

Если доказательства, полученные в соответствии с законом, обладают свойством допустимости, то у полученных вне или с нарушениями положений закона доказательств данного свойства, соответственно, нет. Об этом недвусмысленно говорится в действующем в настоящее время Уголовно-процессуальном кодексе: доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Заодно специально разъясняется, что недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 настоящего Кодекса (ч. 1 ст. 75 УПК РФ).

Почему законодателю понадобилось вместо позитивного изложения в законе понятия допустимости доказательств, что воспринималось бы как более естественное, нормальное определение данного свойства доказательств, прибегать к его определению через негативный смысл? И почему вообще вопросам допустимости—недопустимости доказательств в современном уголовно-процессуальном законодательстве, в отличие от вопросов относимости, достоверности, достаточности доказательств, уделяется особое внимание?

Причина повышенного внимания органов законодательной власти государства к соблюдению законности получения доказательств в уголовном судопроизводстве заключается, очевидно, в состоявшейся смене государственно-политического строя нашей страны. Точнее, в конституционно провозглашенном преобразовании России в демократическое правовое государство, в котором человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а на государство возлагается обязанность признавать, соблюдать и защищать названные права и свободы (ст. 2 Конституции Российской Федерации).

Как известно, в сфере судопроизводства вообще, а в сфере уголовного судопроизводства в особенности права и свободы человека и гражданина затрагиваются наиболее ощутимо, а выводы о наличии оснований для их ограничения делаются не иначе

Стр.41

как на основе процессуальным путем полученных доказательств. Именно поэтому, видимо, требования к соблюдению законности в работе с процессуальными доказательствами получили закрепление на конституционном уровне, при этом для выражения указанных требований была избрана форма категорического запрета на использование результатов деятельности по доказыванию, не отвечающей требования законности. Согласно ч. 2 ст. 50 Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

В связи с введением УПК РФ в действие принимавшая участие в его разработке П. А. Лупинская пояснила, что в изменении правовой регламентации института допустимости доказательств отразилось предпочтение законодателя, стоящего перед дилеммой: установить истину любой ценой или сознательно снизить вероятность ее достижения, обеспечивая соблюдение конституционных прав граждан. Закрепленное в ст. 50 Конституции Российской Федерации и развитое в нормах УПК РФ правило является существенным препятствием установления истины «любыми средствами»(1).

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в качестве одной из важнейших составляющих принципа законности при производстве по уголовному делу в настоящее время установлено: нарушение норм Уголовно-процессуального кодекса судом, прокурором, следователем, органом дознания в ходе уголовного судопроизводства влечет за собой признание недопустимыми полученных таким путем доказательств (ч. 3 ст. 7 УПК РФ). О недопустимости использования в уголовном судопроизводстве доказательств, полученных с нарушением закона, и исключении таковых из доказательственной базы, иначе говоря, о запрете их использования в доказывании по уголовному делу, говорится и в ряде других, кроме упомянутых выше, статей УПК РФ (ст.ст. 235, 336, 381).

Тем самым внимание правоприменителя при определении допустимости доказательств акцентируется на выявлении того, что образует ее противоположность, а именно возможных нарушений закона при получении доказательств, с целью такие нарушения предотвратить, не допустить, отдавая себе отчет в том, что иное сделает доказательство не пригодным для использования в доказывании по уголовному делу.

Необходимо отметить, что исполнение закона в процессе доказывания, строгое следование правилам получения доказательств, обязательность соблюдения процессуальной формы доказательств и ранее считались обязательными требованиями в доказывании, играющими роль гарантий достоверности содержащихся в доказательствах фактических данных. Если процессуальные правила собирания доказательств нарушаются, — говорилось в фундаментальном научном труде времен советской эпохи, посвященном проблемам доказывания, — то оказываются под угрозой полнота и достоверность доказательственного материала, поэтому установление допустимости доказательств — необходимое условие их использования по уголовному делу(2). Однако следует иметь в виду, что с учетом зарубежного опыта США, Англии и других развитых демократических государств неукоснительному соблюдению правил получения доказательств по уголовным делам в современной России стало одновременно придаваться значение важного средства охраны и защиты прав личности. Признание доказательства недопустимым приобрело значение санкции за нарушение установленных законом правил обеспечения прав и свобод человека и гражданина в уголовном процессе, так или иначе связанных с получением доказательств.

В современных условиях требования к соблюдению законности в уголовном судопроизводстве вообще и в отношении получения доказательств в особенности значительно возросли. В УПК РФ уже не используется содержавшееся в УПК РСФСР понятие «существенное нарушение уголовно-процессуального закона», предоставлявшее правоприменителю — дознавателю, следователю, прокурору, судье возможность не придавать значения

Стр.42

некоторым отступлениям от требований закона при получении доказательств, находя их несущественными. Сегодня основание для такого подхода к оценке доказательств в законе отсутствует, в принципе любое нарушение законности при получении доказательства может привести к констатации его недопустимости.

Недопустимость доказательств — антипод их допустимости. Чтобы обеспечить допустимость доказательства, надо предохранить его от появления у него признаков недопустимости, заблаговременно предупредить возникновение оснований для признания доказательства недопустимым. Поэтому большое значение приобретает вопрос о критериях недопустимости доказательств, т. е. о том, когда именно, при каких обстоятельствах они могут быть признаны полученными с нарушением уголовно-процессуального закона.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации, в свете положений ч. 2 ст. 50 Конституции Российской Федерации доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных уголовно-процессуальными нормами(1). Признание того или иного доказательства полученным с нарушением закона в указанных выше случаях есть не что иное, как признание недопустимости этого доказательства.

Исходя из данного судебного разъяснения, полностью сохраняющего свое значение в настоящее время, основаниями для признания доказательств недопустимыми выступают следующие отраженные в материалах уголовного дела обстоятельства.

Во-первых, нарушены права личности или установленный уголовно-процессуальным законом порядок собирания доказательств. Например, участникам следственного действия не разъяснены их процессуальные права; не обеспечены предусмотренные законом права лица, не владеющего языком уголовного судопроизводства; подозреваемый, обвиняемый, а также потерпевший не ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы; при производстве следственного действия отсутствовало необходимое количество понятых и т. п.

Приговором Санкт-Петербургского городского суда, вынесенным на основании вердикта присяжных заседателей, оправданы ряд лиц, обвинявшихся по пп. «ж», «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Одной из причин реабилитирующего судебного решения явились многочисленные нарушения УПК РФ, допущенные в период предварительного следствия по уголовному делу. Так, в судебном заседании было установлено, что В. опознавал В-ва среди лиц, один из которых — лезгин, а В-в на момент опознания отличался от других, так как был лысым, что сделало протокол опознания недопустимым доказательством. Государственный обвинитель был лишен возможности огласить показания К. (и продемонстрировать видеозапись этих показаний) о том, как произошло убийство, так как несовершеннолетний К. был допрошен следователем без законного представителя, вследствие чего протокол его допроса признан недопустимым доказательством(2).

Во-вторых, нарушены права личности или установленный уголовно-процессуальным законом порядок закрепления (оформления, документирования) доказательств. Например, отсутствует постановление о производстве следственного действия в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 164 УПК РФ, либо постановление о признании предмета вещественным доказательством; в протоколе следственного действия не указаны или неверно указаны дата и время его проведения; протокол не подписан или подписан не всеми участниками следственного действия; имеются не оговоренные и не удостоверенные исправления текста протокола;

Стр.43

при изъятии в ходе следственного действия предметов, имеющих значение для уголовного дела, они не были надлежащим образом упакованы и опечатаны.

Постановлением Кировского районного суда Санкт-Петербурга в ходе рассмотрения уголовного дела по обвинению О. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 158 УК РФ, на основании ходатайства стороны защиты недопустимыми доказательствами были признаны протокол осмотра перчаток, постановление о признании их вещественным доказательством и сами перчатки. Как установлено судебным следствием, перчатки при изъятии с места происшествия в нарушение требований ч. 2 ст. 177 и ст. 180 УПК РФ не упаковывались и не опечатывались. В постановление о признании их вещественным доказательством вносились изменения после его вынесения, такое же изменение было внесено в квитанцию о сдаче вещественного доказательства в камеру хранения, после того, как данная квитанция была получена. Осмотр перчаток производился с участием одного понятого, которому не были разъяснены его права и ответственность. Время осмотра перчаток не соответствует времени, указанному в протоколе(1).

В-третьих, собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом. Например, следователем не вынесено постановление о принятии уголовного дела к своему производству; доказательство получено следователем, не включенным в следственную группу, производящую расследование по данному уголовному делу; должностное лицо органа дознания после передачи уголовного дела следователю в порядке ч. 4 ст. 157 УПК РФ выполнило по нему следственное действие без поручения следователя; следователь подлежит отводу.

В-четвертых, собирание и закрепление доказательств осуществлено в результате действий, не предусмотренных уголовно-процес-суальными нормами. Например, признание подозреваемым, обвиняемым своей вины в совершении преступления получено без соблюдения установленной законом процедуры допроса и с последующим составлением вместо протокола допроса не предусмотренного УПК РФ документа, именуемого «чистосердечным признанием»; вместо обыска или выемки изъятие предмета проведено в произвольной, не предусмотренной законом, форме с последующим составлением некоего «протокола добровольной выдачи».

При оценке доказательств с точки зрения их допустимости следует иметь в виду, что отнесение ст.ст. 7, 75 УПК РФ к числу недопустимых лишь доказательств, полученных с нарушениями требований уголовно-процессуального закона, не исключает необходимости соблюдения прокурором, следователем, органом дознания или дознавателем при производстве по уголовному делу предписаний иных федеральных законов, касающихся доказательств. Следовательно, несоблюдение таких предписаний, подлежащих применению при выявлении, собирании и закреплении доказательств, также влечет в соответствующих случаях признание доказательств недопустимыми, не имеющими юридической силы и не подлежащими использованию при разрешении уголовного дела. Указанное положение прежде всего распространяется на ситуации, когда права лиц, затрагиваемые производством следственного действия, в ином федеральном законе гарантированы более, чем в УПК РФ.

Кроме того, в настоящее время следователю, как, впрочем, и дознавателю, во избежание признания полученных по уголовному делу доказательств недопустимыми необходимо считаться с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации относительно толкования норм уголовно-процессуального права, касающихся обеспечения прав участников уголовного судопроизводства, прежде всего конституционного права на квалифицированную защиту от уголовного преследования. Одна из таких позиций заключается в том, что в целях реализации конституционного права на помощь адвоката (защитника) необходимо учитывать не только формальное процессуальное, но и фактическое положение лица, в отношении которого осуществляется уголовное преследование. При этом факт уголовного преследования и, следовательно, направленная против конкретного лица обвинительная деятельность могут подтверждаться актом о возбуждении уголовного дела в отношении данного лица, проведением в отношении его следственных действий и

Стр.44

иными мерами, предпринимаемыми в целях его изобличения или свидетельствующими о наличии подозрения против него. Поскольку такие действия направлены на выявление уличающих лицо, в отношении которого ведется уголовное преследование, фактов и обстоятельств, ему должна быть безотлагательно предоставлена возможность обратиться за помощью к адвокату (защитнику). В частности, такая возможность должна быть предоставлена лицу, не являющемуся обвиняемым или подозреваемым в смысле положений ч. 1 ст. 47 и ч. 1 ст. 46 УПК РФ, однако в связи с наличием в уголовном деле данных о его причастности к совершению преступления предъявляемому для опознания потерпевшему(1). Иное создает основания для признания результатов предъявления для опознания, как и результатов иного следственного действия, проведенного без учета указанных обстоятельств, недопустимым доказательством.

Несмотря на установление в Конституции Российской Федерации категорического запрета на использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона, и воспроизведение данного запрета в УПК РФ, в теории современного российского уголовного процесса предпринимаются попытки классифицировать нарушения закона, способные привести к признанию доказательства недопустимым, в зависимости от степени их значимости.

Так, по мнению В. С. Балакшина, нарушения уголовно-процессуального закона, которые дают основания для признания доказательств недопустимыми, можно дифференцировать на два вида: а) безусловно-презюмируемые, т. е. влекущие признание доказательств недопустимыми без каких-либо дополнительных условий только в силу того, что при получении доказательств были допущены нарушения, главным предназначением которых является априори исключить использование в уголовно-процессуальном доказывании сомнительных с точки зрения достоверности и относимости доказательств; б) условно-оценочные, т. е. такие, которые хотя и находятся в причинно-следственной связи с достоверностью доказательств, но сами по себе не указывают и не порождают у субъектов оценки неустранимых сомнений в их достоверности и относимости, а вывод об этом можно сделать только по результатам их проверки и оценки(2).

Другие авторы заходят в попытках развития такого рода классификации еще дальше. Например, предлагается подразделять нарушения закона, допущенные при получении доказательств, на: 1) несущественные, устранимые, маловажные или опровержимые; 2) восполнимые; 3) существенные, неустранимые или неразрешимые. Характерно, что в итоге всех рассуждений о возможности классификации рассматриваемых нарушений автор приходит к заключению, что она вряд ли пригодна для закрепления в УПК РФ. Прежде всего потому, что единственным критерием оценки нарушений закона, влияющих на допустимость доказательств, признаются наличие сомнения в достоверности полученной информации и возможность это сомнение устранить, т. е. нарушение прав участников уголовного процесса, не повлиявшее на достоверность полученных данных, не рассматривается в качестве основания для признания доказательства недопустимым(3).

Таким образом, поскольку в настоящее время признание доказательств недопустимыми преследует цель обеспечить не только их достоверность, но и права личности при их получении, а все возможные классификации нарушений закона в зависимости от их значимости при собирании и закреплении доказательств связываются в основном с их достоверностью, обсуждение подобных классификаций во многом лишено смысла. Тем более что соблюдение

Стр.45

прав личности при собирании и закреплении доказательств, в соответствии с конституционным положением о высшей ценности прав и свобод человека и гражданина, при оценке доказательств должно приниматься во внимание в первую очередь.

Анализ практики уголовного судопроизводства, однако, свидетельствует о довольно широком распространении нарушений законности при получении доказательств в ходе предварительного расследования. При этом суды отнюдь не всегда проявляют последовательность в реализации строгого запрета на использование в правосудии доказательств, полученных с нарушениями закона. Немало судей проявляет склонность либерально относиться к отдельным отступлениям от соблюдения требований закона в досудебном производстве, на что не без оснований обращается внимание в юридической печати(1) и что порой расценивается следователями и дознавателями как возможность проявлять упрощенчество при получении доказательств, руководствуясь поговоркой «и так сойдет».

Но суды всегда могут такой запрет в полной мере применить и во многих случаях, вопреки ожиданиям и необоснованным надеждам следователей и дознавателей, производивших расследование, а также поддерживающих государственное обвинение прокуроров, беспощадно исключают из доказательственной базы по уголовным делам небезупречные, с точки зрения законности их получения, доказательства. Апеллировать в таких случаях к закону, если неукоснительно следовать его требованиям, не приходится — закон требует безусловного его исполнения во всех возможных деталях, как закрепления, так и собирания доказательств.

Поэтому работникам органов предварительного следствия и дознания, и особенно прокуратуры, не следует уповать на милость того или иного судьи, способного проявить желание «понять» допустившего оплошность при получении доказательства следователя, дознавателя и стремящегося «спасти» в суде уголовное дело прокурора, пропустившего в суд уголовное дело с небезупречными доказательствами. Необходимо при работе с любым доказательством обеспечивать точное следование предписаниям закона, направленным как на обеспечение достоверности доказательственной информации, так и на обеспечение прав вовлекаемого в производство по уголовному делу участника уголовного судопроизводства. Только такой подход способен в достаточной мере гарантировать допустимость доказательства, застраховать его от лишения юридической силы и исключения из доказательственной базы по уголовному делу.

В то же время прокурорам, оказывающимся в судебном заседании перед фактом выявления сомнительного, с точки зрения законности, доказательства, надо тщательно выяснить все обстоятельства его получения. И прежде чем соглашаться с ходатайством стороны защиты о признании его недопустимым, необходимо предпринять попытку, при наличии для этого возможности, доказать суду, что отклонение от требований закона при получении доказательства является только кажущимся и, следовательно, фактически не имевшим места. Поскольку оно никак не отразилось отрицательно ни на форме, ни на содержании доказательства, ни на его достоверности, ни на обеспечении прав участников уголовного судопроизводства. Основанием для осуществления такой возможности является правовая позиция, занятая ранее состоявшимся Пленумом Верховного Суда Российской Федерации. Согласно данной позиции, решая вопрос о том, является ли доказательство по уголовному делу недопустимым по основаниям, указанным в п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, суд должен не просто констатировать любое нарушение закона при получении доказательства, а в каждом случае выяснять, в чем конкретно выразилось данное нарушение. В силу ч. 7 ст. 235 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела по существу суд по ходатайству стороны вправе повторно рассмотреть вопрос о признании исключенного доказательства допустимым(2).

Стр.46

  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки

Доказательства в гражданском процессе

Гульнар Сатбаева,

судья Специализированного финансового суда в г. Алматы

Осуществление правосудия состоит в применении судом закона к установленным в ходе судебного разбирательства фактическим обстоятельствам.

Прежде чем совершить акт применения права, нужно знать, что выявленные в суде обстоятельства полностью соответствуют действительности.

Гражданско-процессуальная форма использования судебных доказательств состоит в том, что, во-первых, в качестве средств доказывания могут использоваться только такие источники, которые предусмотрены ГПК РК; во-вторых, доказательства выявляются, фиксируются, собираются, используются в порядке, который детально регламентирован законом и представляет собой единую систему взаимосвязанных требований от момента выявления доказательства до его оценки. Свидетельские показания, например, могут использоваться в органах опеки и попечительства и других органах. Однако судебным доказательством свидетельские показания становятся только в суде. Необходимо иметь в виду, что доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Классификация доказательств может производиться по нескольким основаниям или признакам.

По способу образования доказательства делятся на первоначальные и производные. Сведения о фактах, нашедших оформление в одном из средств доказывания (в показаниях свидетелей, письменных или вещественных доказательствах и т.д.), образуются в результате отражения какого-либо явления или обстоятельства в сознании человека либо путем отражения на соответствующем неодушевленном предмете. Это первоначальный этап образования доказательств. Оставив след на предмете или в сознании лица, факт объективной действительности может найти дальнейшее производное отражение. Лицо, непосредственно воспринявшее факт, может рассказать о нем другим лицам, очевидец какого-либо события может записать свои впечатления в дневнике, изложить в письме. Предмет, на котором оставлены следы, может быть сфотографирован, снят на кинопленку и т.д. У первоначальных доказательств есть бесспорные преимущества по сравнению с производными. Первоначальное доказательство всегда возникает из первоисточника. Это — подлинный документ (текст договора, свидетельство о рождении, браке, смерти, квитанция о сдаче вещей на хранение и т.д.), показания свидетеля-очевидца, сам спорный предмет и т.д. Производное доказательство возникает на базе первоначального, оно тоже может быть достоверным, но к его оценке суд должен подходить с осторожностью. Показания свидетеля-очевидца можно перепроверить, уточнить, эти же сведения, изложенные свидетелем в письме или в дневнике, иногда перепроверить вообще нельзя (в случае смерти свидетеля). Копия документа, фотоснимок предмета, свидетельство по слуху и т.д., конечно, могут использоваться в суде, но в каждом случае требуют особенно тщательной проверки.

Поскольку сведения о фактах являются содержанием доказательства, классификация может быть применима и к ним. По источнику они делятся на личные и вещественные. Под источником понимается определенный объект или субъект, на котором или в сознании которого нашли отражение различные факты, имеющие значение для дела. В результате в одном случае источником сведений является человек, в другом — предмет, вещь. Личные доказательства делятся на две группы: а) объяснения сторон и третьих лиц; б) показания свидетелей. Вещественные доказательства (в широком смысле) делятся на: а) письменные доказательства и б) вещественные доказательства. Особое место занимают заключения экспертов, которые можно рассматривать в качестве смешанного вида доказательств: источником сведений, содержащихся в заключении, является лицо (эксперт), само же заключение основано на исследовании подвергнутых экспертизе вещей, предметов, физических и химических процессов и т.д. Разграничение доказательств по источнику имеет большое значение с точки зрения методики их процессуального оформления, исследования и оценки.

Обеспечение доказательств — особый способ их фиксирования, применяемый до исследования доказательств в судебном заседании, если есть основания опасаться, что их представление суду в дальнейшем станет невозможным или затруднительным.

Обеспечение доказательств производится судьей по правилам, установленным ГПК РК. Лица, имеющие основание опасаться, что предоставление необходимых для них доказательств сделается впоследствии невозможным или затруднительным, могут просить суд об обеспечении этих доказательств.

До возникновения дела в суде доказательство обеспечивается нотариусами или должностными лицами консульских учреждений, а после возбуждения дела — тем судом, в районе деятельности которого должны быть совершены процессуальные действия по обеспечению доказательств.

Заявление об обеспечении доказательств подается по территориальности с указанием, какие доказательства нужно обеспечить, в подтверждение каких обстоятельств нужны доказательства, по какой причине заявитель обращается с просьбой, а также для какого дела доказательства необходимы.

Судебное поручение применяется в тех случаях, когда необходимые для дела доказательства находятся в другом городе или районе. Суд, рассматривающий дело, может поручить суду по месту нахождения доказательств произвести процессуальные действия по собиранию и исследованию необходимых доказательств. В определении о судебном поручении излагается существо рассматриваемого дела, указываются обстоятельства, подлежащие выяснению, и доказательства, которые нужно собрать. Это определение обязательно для суда, которому оно адресовано, и должно быть выполнено в срок до десяти дней с момента его получения.

В процессе судопроизводства доказательство признается судом относящимся к делу, если оно представляет собой фактические данные, которыми подтверждаются, опровергаются либо ставятся под сомнение выводы о существовании обстоятельств, имеющих значение для дела (ст. 67 ГПК РК).

Допустимость доказательств — это важный вопрос, существенно влияющий на ход дела и принимаемое в результате его судебное решение. Вопрос допустимости доказательств оговорен ст. 68 ГПК РК — обстоятельства дела, которые по закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Признанные судом общеизвестными обстоятельства не нуждаются в доказывании (преюдиция). Факты, установленные вступившим в законную силу решением суда по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда и не доказываются вновь при разбирательстве других гражданских дел, в которых участвуют те же лица. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого состоялся приговор суда, также по вопросам, имели ли место эти деяния и совершены ли они данным лицом, а также в отношении других установленных приговором обстоятельств и их правовой оценке. Т.е. взаимной преюдицией связаны решение суда по одному гражданскому делу и решение суда по другому делу, приговор суда по уголовному делу и решение по гражданскому делу. Так, факты, установленные вступившим в законную силу решением суда по одному гражданскому делу, не доказываются при разбирательстве других гражданских дел, в которых участвуют те же лица.

Исследование доказательств производится различными способами, применение которых зависит от вида соответствующего средства доказывания. Объяснения сторон и третьих лиц заслушиваются судом. Письменные доказательства, письменные объяснения лиц, участвующих в деле, а также письменные материалы, полученные с помощью судебного поручения или в результате обеспечения доказательств, оглашаются в судебном заседании и предъявляются для ознакомления лицами, участвующими в деле, судебным представителям, а в необходимых случаях экспертам и свидетелям. Вещественные доказательства осматриваются судом и предъявляются для ознакомления лицами, участвующими в деле, представителям, а в необходимых случаях экспертам и свидетелям.

Оценка доказательств — завершающий этап процесса доказывания. Это третье направление доказательственной деятельности неразрывно связано с двумя первыми. Уже при возбуждении дела, а затем в ходе подготовки к судебному разбирательству судья предварительно оценивает представляемые доказательства на основании правила относимости: имеющие значение принимает, а не относящееся к делу устраняет. Оценочное суждение судьи или суда о недостаточности или недостоверности доказательств, имеющихся в деле, влечет определение суда об истребовании дополнительных доказательств, принятии мер по проверке представленных доказательств и т.д. Оценочные суждения суда о силе, значении и достоверности доказательств, такие же суждения лиц, участвующих в деле, являются неотъемлемой частью процесса судебного доказывания.

Однако указанные суждения, хотя и носят оценочный характер, не являются оценкой доказательств в том смысле, как ее понимает закон. Это — предварительные суждения, но не их окончательная оценка. Оценка доказательств — это имеющее правовое последствие окончательное суждение суда об относимости, допустимости, достоверности доказательства. Оценка доказательств судом происходит по своему внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении имеющихся в деле доказательств в их совокупности.

В основе оценки судебных доказательств лежит внутреннее судейское убеждение. Оно складывается постепенно, в результате познания судом всех обстоятельств дела, и фиксируется в установленных законом процессуальных формах. Оценка доказательств не может быть безотчетной и интуитивной, она должна быть мотивированной, а мотивы оценки должны найти отражение в письменном документе — судебном решении. Отвергая, например, доказательство ввиду его недостоверности, суд обязан объяснить свое суждение по этому вопросу. В противном случае лица, участвующие в деле, а также вышестоящий суд не могут знать, по каким основаниям суд принял одни доказательства и отверг другие. Свобода суда в оценке доказательств и его независимость в решении вопросов факта и права обеспечивается следующим процессуальным правилом: «Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы». Любое доказательство независимо от его внешней авторитетности или неавторитетности суд может принять или отвергнуть, если объективное содержание доказательства соответствует фактическим обстоятельствам дела. Даже заключение эксперта необязательно для суда и оценивается им по общим правилам оценки всех доказательств.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *