Меры морального воздействия

КОМПЕНСАЦИЯ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Имущественные блага прежде всего — вещественные блага, находящиеся во владении, пользовании и распоряжении у граждан и юридических лиц.

Некоторые авторы считают, что неимущественные блага включают в себя «как материальные (т.е. имеющие вещественное содержание, например, здоровье как целостность организма человека, окружающая среда), так и нематериальные (например, имя) блага».

Однако с этой позицией согласиться нельзя. Характер вредных изменений и охраняемых законом общественных отношений весьма разнообразен. Его можно классифицировать по различным признакам. Наиболее общей классификацией, имеющей важное значение для правового регулирования, является деление всех вредных последствий противоправного посягательства на имущественные (материальные) и неимущественные (нематериальные).

К неимущественным впоследствии следует относить политические, общественные, моральные, физические и т.п.. Здоровье человека, целостность его организма, право на безвредную окружающую среду и т.п. не является материальным благом, а есть благо физическое, нарушение которого подлежит компенсации.

Нематериальные блага неотделимы от личности конкретного человека, но большинство из них непостоянны во времени: здоровье, окружающая среда, индивидуальный облик и другие. Объем нематериальных благ закреплен в Конституции Российской Федерации и Гражданском кодексе РФ. Конституция РФ в ст. 2 закрепляет обязанность государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина. Защита и реализация конституционных прав граждан более подробно приведена в Гражданском кодексе РФ. О моральном вреде говорится в статьях 12, 151, 152, 1099 — 1101 ГК РФ. В них закреплены положения, регламентирующие моральный вред, его понятие, порядок определения, возмещения и т.д. Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и нематериальные блага, которые принадлежат человеку от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Любое нарушение данных благ (прав и свобод) гражданина может привести к наступлению морального вреда.

Суть содержания морального вреда заключается в том, что действия причинителя вреда обязательно должны найти отражение в сознании потерпевшего, вызвать определенную психическую реакцию, как правило негативную.

Если противоправными действиями, которые нарушают его личные неимущественные права или другие нематериальные блага, гражданину причинен моральный вред, наличие такого вреда подлежит доказыванию, и суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).

Особенностью неимущественных благ является их нематериальный характер, неотчуждаемость, непередаваемость (ст. 150 ГК РФ). Учитывая неотчуждаемость и непередаваемость, можно заключить, что законодательство не допускает использования неимущественных благ в качестве объектов купли-продажи, мены, дарения, ренты, аренды, найма, займа, кредита. Исключением из общего правила являются личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежавшие умершему, которые могут осуществляться и защищаться другими лицами, в том числе наследниками правообладателя. В данной норме усматривается прецедент отчуждения личных неимущественных благ непосредственно от человека.

По смыслу действующего законодательства ст. 150 ГК РФ понятием «неимущественные блага» охватываются и неимущественные права. В то же время встречается точка зрения, не совпадающая с такой формулировкой. В соответствии с ней выделяются нематериальные блага (жизнь, здоровье, честь, имя) и личные неимущественные права, объектами которых нематериальные блага не являются (право авторства, право на авторское имя и др.)

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, а также в иных случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Понятие «моральный вред» дается в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в котором указывается, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действием (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину (от рождения или в силу закона) нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающим личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства, другие неимущественные права в соответствии с Законом «Об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности» и др.) либо имущественные права гражданина.

В данном Постановлении делается акцент и раскрывается содержание преимущественно только одного из двух подвидов морального вреда — нравственных страданий. При этом в качестве синонима для нравственных страданий вводится и новый термин «нравственные переживания». Это дает основания для вывода, что тем самым предполагается необходимость осознания потерпевшим умаления своих прав и возникновения в этой связи негативных самооценок.

Анализируя законодательство и судебную практику, А.М. Эрделевский пришел к выводу, что моральный вред выражается в негативных психических реакциях потерпевшего и правильнее было бы вместо понятия «моральный вред» использовать понятие «психический вред». В этом случае вред подразделялся бы на следующие виды: имущественный, органический и психический.

На наш взгляд, основная трудность такого разграничения состоит в определении формы компенсации психического вреда и возмещении имущественного вреда, так как компенсация морального вреда направлена на сглаживание переживаний и страданий, а возмещение имущественного вреда направлено на ослабление или устранение неблагоприятных изменений в организме. В сравнении с личными неимущественными благами, имущественные отношения граждан отличаются меньшей правовой защищенностью. При их нарушении моральный вред возмещению не подлежит, исключая отношения, которые регулируются Законом РФ «О защите прав потребителей», который предусматривает компенсацию морального вреда за нарушение имущественных прав.

Е.А. Михно отдает приоритет в понятии «моральный вред» нравственным страданиям над физическими. Моральный вред есть отрицательные последствия нарушения имущественных или неимущественных благ, выразившиеся в душевных страданиях или переживаниях. Основанием для денежной компенсации морального вреда является правонарушение, в результате которого лицо потерпело эмоциональный урон. Физические страдания как правовая категория в понятие «моральный вред» не могут быть включены. Они приобретают юридическую значимость для возложения гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда лишь постольку, поскольку вызывают нравственные страдания.

Содержание морального вреда как страданий означает, что действия причинителя вреда обязательно должны найти отражение в сознании потерпевшего, вызвать определенную психическую реакцию. При этом неблагоприятные изменения в охраняемых законом благах отражаются в сознании человека в форме негативных ощущений (физических страданий) или переживаний (нравственных страданий). Содержанием переживаний может являться страх, стыд, унижение или иное неблагоприятное в психологическом аспекте состояние. Любое неправомерное действие или бездействие может вызвать у потерпевшего нравственные страдания различной степени и лишить его полностью или частично психического благополучия.

Неблагоприятные изменения в психическом состоянии человека могут выражаться как в «физических страданиях», так и в «физическом вреде». Эти два понятия различаются по своему содержанию, но являются составляющими морального вреда.

Физические страдания — это одна из форм морального вреда (ст. 151 ГК РФ).

Физический вред — это различного рода изменения в организме человека, которые препятствуют нормальному биологическому функционированию. Физический вред является материальным и вместе с тем неимущественным, т.к. изменения, происходящие в организме человека в материальной сфере, впоследствии могут видоизмениться и неблагоприятным образом отразиться на психике человека.

Моральный вред — это прежде всего страдания по поводу тех или иных ограничений. Эти ограничения, как правило, возникают вследствие воздействия на организм человека извне.

Через возмещение имущественного вреда возмещение физического вреда направлено на восстановление нормальных функций организма и на устранение негативных внешних проявлений. Компенсация морального вреда направлена прежде всего на устранение или сглаживание переживаний, которые были вызваны причинением вреда организму человека.

Компенсация морального вреда согласно действующему гражданскому законодательству (ст. 12 ГК РФ) является одним из способов защиты субъективных гражданских прав и законных интересов, представляет собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

Анализируя пункты 1 и 2 статьи 150 ГК РФ, можно сделать вывод о том, что под нематериальными благами законодатель понимает неимущественные блага. При нарушении неимущественного права или блага правомерно говорить о возникновении неимущественного вреда. Понятие «неимущественный вред» шире понятия «психический вред». Моральный же вред является одним из последствий причинения одного из этих видов вреда.

Правовая защита путем компенсации морального вреда устанавливается лишь для случаев, когда страдания являются последствием противоправного нарушения неимущественных прав или умаления других имущественных благ. Гражданское законодательство предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда (п. 3 ст. 1099 ГК РФ). Распространение сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, также является умалением неимущественных прав не только граждан, но и юридических лиц, поэтому они вправе требовать возмещения убытков и морального вреда (ст. 152 ГК) и опровержения таких сведений. Истцы по делам о защите чести и достоинства, как правило, вместе с требованием опровержения порочащих сведений заявляют о необходимости компенсации морального вреда. Денежная компенсация за причинение морального вреда призвана вызвать положительные эмоции, которые могли бы максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности. При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает «заслуживающие внимания обстоятельства» (п. 2 ст. 151 ГК РФ).

Большинство цивилистов полагают, что гражданское право как регулирует, так и охраняет нематериальные блага и права. С такой позицией трудно согласиться, потому что Гражданский кодекс РФ подразделяет личные неимущественные отношения на регулируемые и защищаемые. В соответствии с п. 1. ст. 2 ГК РФ законодательство «регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и связанные с ними личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников». Следовательно, неимущественные отношения, не связанные с имуществом, не регулируются, а защищаются, о чем свидетельствует п. 2 ст. 2 ГК РФ: «Неотчуждаемые права и свободы человека и нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ».

Компенсация морального вреда — один из наиболее действенных способов защиты личных неимущественных прав и законных интересов граждан, позволяющий использовать его для восстановления нарушенных прав. Здесь имеет место совпадение содержания мер защиты и мер ответственности. Дополнительные обременения и применение мер ответственности как раз и свидетельствуют о том, что меры защиты оказались неэффективными. Как справедливо отмечает С.С. Алексеев, в подобных случаях подтверждается тесная взаимосвязь мер защиты и мер ответственности.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом условий или оснований ответственности при наличии:

1) страданий, т.е. морального вреда как следствия нарушения личных неимущественных прав;

2) неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда;

3) причинной связи между неправомерным действием и наступлением морального вреда;

4) вины причинителя вреда.

В общем виде основания ответственности за причинение в том числе морального вреда содержатся в статье 1064 ГК РФ. Согласно отраженной в этой статье норме лицо, причинившее вред личности и имуществу гражданина, а также имуществу юридического лица, обязано возместить его в полном объеме. Лицо, причинившее вред, может быть освобождено от возмещения вреда, если докажет, что вред был причинен не по его вине. Следовательно, одним из оснований ответственности является наличие морального вреда (физических и нравственных страданий), и в случае совершения неправомерных действий в отношении гражданина последний должен признаваться претерпевшим моральный вред.

В российской правоприменительной практике нет точно сформулированных критериев и методов оценки размера компенсации морального вреда. Это вызывает много проблем при разрешении споров о компенсации морального вреда в судебных органах.

При определении размера компенсации морального вреда законодательство в статьях 151 и 1101 ГК РФ установило следующие критерии:

1) степень вины;

2) степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред;

3) характер физических и нравственных страданий, оцениваемый с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего, рассматриваемых с точки зрения разумности и справедливости;

4) иные, заслуживающие внимания, обстоятельства.

С нашей точки зрения, вышеуказанные критерии можно законодательно дополнить еще двумя, общими для всех видов вреда: 1) степень вины потерпевшего и 2) имущественное положение причинителя вреда.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 20 декабря 1994 г. указывается на необходимость выяснения характера взаимоотношений сторон и возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений. Вступил ли в силу законодательный акт, который предусматривает порядок компенсации? Пленум Верховного Суда Российской Федерации уделил внимание случаю, когда моральный вред нанесен до введения в действие законодательного акта, который предусматривает право потерпевшего на компенсацию, а страдания испытываются после вступления этого акта в законную силу. По общему правилу действия закона во времени согласно п. 1 ст. 54 Конституции РФ закон, усиливающий ответственность по сравнению с действующим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы, Пленум счел невозможным предоставление права на компенсацию морального вреда в таких случаях. Но если противоправные действия (бездействие) ответчика причинили истцу нравственные или физические страдания до вступления в силу закона, который устанавливает ответственность, и продолжаются после введения этого закона в действие, то моральный вред подлежит компенсации. Также Пленум разъясняет, что исковая давность на требование о компенсации морального вреда не распространяется, т.к. эти требования вытекают из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ.

На наш взгляд, для определения морального вреда при наличии имущественного вреда необходимо выяснить следующие вопросы: какое имущество повреждено и его значение для потерпевшего с точки зрения важности для удовлетворения его потребностей; когда произошло повреждение имущества и при каких обстоятельствах; какие последствия в сфере нравственных или физических страданий наступили для потерпевшего? Специфика взаимосвязи имущественного и неимущественного вреда в том, что причинение неимущественного вреда может вызвать имущественный ущерб. Так, например, гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию (о чем идет речь в ст. 152 ГК РФ), может быть вынужден сменить место жительства, понеся при этом имущественные убытки . Таким образом, моральный вред может иметь место одновременно с имущественным, и, кроме того, моральный вред, причиненный нарушением личных неимущественных благ, может в будущем отразиться в определенных имущественных потерях, например при потере кормильца. Для такого случая гражданское законодательство определяет условия и круг лиц, имеющих право на соответствующее возмещение (ст. 1088 ГК РФ). Кроме того, предусматривается и способ определения размера указанного вреда, подлежащего возмещению (ст. 1089 ГК РФ).

При грубой неосторожности потерпевшего, содействовавшей возникновению или размеру вреда, размер компенсации должен быть уменьшен (ст. 1083 п. 2 ГК РФ).

Суд с учетом имущественного положения причинителя вреда может уменьшить размер компенсации морального вреда (ст. 1083 п. 3 ГК РФ).

Все перечисленные критерии носят общий характер и предоставляют неограниченные возможности судье, который не связан ни верхним, ни нижним пределами присуждаемой денежной компенсации.

Таким образом, в настоящее время законодатель фактически толкает судебную практику на формирование судебных прецедентов при определении размера морального вреда, подлежащего компенсации. К сожалению, отсутствует также и систематизация судебной практики в части размера компенсируемого морального вреда. Как показывает практика, размер компенсации морального вреда колеблется от одного до нескольких десятков тысяч рублей.

К сожалению, нет инструмента для точного измерения абсолютной глубины страданий, а также для определения их денежного эквивалента.

Степень страданий — это их глубина. Это важнейший критерий, на основании которого мы можем приблизиться к действительному моральному вреду и определить соответствующий ему размер компенсации.

Здесь нужно учитывать индивидуальные особенности потерпевшего, но за основу брать некую среднюю величину, присущую нормальному человеку со здоровой психикой. Выплата имущественной компенсации за неимущественный вред всегда будет нести в себе элемент условности ввиду отсутствия общих «единиц измерения» материальной и нематериальной субстанций.

Представляется, что такой подход позволяет оптимально учесть требования справедливости в смысле ст. 1101 ГК, ибо ничто не бывает велико или мало само по себе, но бывает таким лишь в сравнении с другим. Установленное в ст. 1101 ГК требование разумности имеет отношение скорее к базисному уровню размера компенсации морального вреда, который позволил бы разработать соотносительную шкалу размеров компенсаций резюмированного морального вреда для различных видов правонарушений.

Физические страдания заключаются в причинении потерпевшему воздействия на состояние его здоровья, например причинение боли, ухудшение состояния здоровья, которые приводят к негативным последствиям (потеря зрения, слуха, сердечные приступы, повышение артериального давления, кровотечения и т.п.).

Нравственные страдания — это претерпевание стыда, страха, чувства унижения и т.п.

При определении судом глубины страданий помимо оценок самого потерпевшего, его близких, друзей, сотрудников необходимо учитывать мнение специалиста (врача), т.к. только врач может дать квалифицированное заключение о действительных эмоционально-психических нарушениях, наступивших в результате причиненного морального вреда.

Интересной видится методика определения размера компенсации морального вреда, предложенная специалистом в области гражданского права А.М. Эрделевским. К сожалению, в таблице, разработанной на основе предлагаемого им метода, размеры компенсации морального вреда для различных видов правонарушений не связываются со степенью страданий. Это, на наш взгляд, является важным условием для определения размера компенсации морального вреда.

А.М. Эрделевский рассчитал, что 720 МРОТ — это заработок физического лица за 10 лет при среднемесячном заработке в 6 МРОТ.

На наш взгляд, таблицу А.М. Эрделевского об определении размера денежной компенсации морального вреда следует расширить в части показателей относительной единицы страданий в зависимости от степени и глубины страданий (см. таблицу 1).

По делам о компенсации морального вреда могут быть использованы все средства доказывания, предусмотренные законом (ст. 49 Гражданско-процессуального кодекса РСФСР). Средствами доказывания в гражданском процессе являются: объяснения сторон и третьих лиц, письменные доказательства, вещественные доказательства, заключения эксперта. Доказательства должны собираться с учетом требований об относимости, допустимости, достоверности и достаточности. При этом прямым доказательством факта причинения морального вреда являются объяснения истца о том, что он претерпел физические или нравственные страдания, все иные являются косвенными доказательствами. Следовательно, наличие самого морального вреда является одним из необходимых условий возникновения ответственности . В юридической науке не сложилось единого мнения относительно основания юридической ответственности. По мнению Матвеева Г.К., основанием гражданско-правовой ответственности является лишь состав гражданского правонарушения, включающий противоправность, вредные последствия, причинную связь между противоправным действием и вредом, а также вину причинителя вреда (полный состав).

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений (ст. 50 ч. 1 ГПК РСФСР).

В исковом заявлении истец обычно указывает следующее:

1) причиненный конкретным лицом вред при конкретных обстоятельствах;

2) выражение степени нравственных и физических страданий;

3) причинная связь между действиями (бездействием), повлекшими вред, и наступившими страданиями;

4) определение размера компенсации вреда.

В отличие от истца на ответчике «лежит» презумпция вины причинителя вреда. Это важная особенность доказывания по делам о компенсации морального вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (ст. 1064 ч. 2 ГК РФ).

Из этого следует, что на ответчике лежит обязанность доказывания отсутствия его вины.

В другом случае в соответствии со ст. 1100 ГК РФ ответчик должен доказывать наличие вины или умысла в действиях потерпевшего.

При доказывании причинения морального вреда истец предъявляет доказательства в зависимости от выдвигаемых требований о компенсации вреда.

Для установления в действиях (бездействии) ответчика факта нарушения неимущественного права и блага истца необходимо использовать объяснения сторон.

Свои объяснения сторона истца может аргументировать невозможностью продолжать активную жизнь, потерей работы, распространением сведений, не соответствующих действительности, и т.д.

Важное значение имеет доказанность причинно-следственной связи между действиями (бездействием) и причиненным моральным вредом. Эта связь доказывается исходя из объяснений сторон, заключений экспертов, показаний свидетелей.

Как уже отмечалось выше, определение судом степени глубины нравственных и физических страданий с учетом индивидуальных особенностей потерпевшего является ключевым моментом при доказывании и определении размера компенсации. Одним из критериев определения размера компенсации морального вреда выступает «искренность» в страданиях.

При постановке вопроса об эмоциональном состоянии лица, его психофизическом состоянии должно обязательно учитываться мнение психолога. По делам о компенсации морального вреда всегда нужно ставить вопрос о назначении судебно-психологической экспертизы.

Таким образом, только основываясь на тщательном и доскональном изучении конкретных обстоятельств дела и рассмотрев степень страдания потерпевшего (по его собственным оценкам, по мнению его родных и близких, психолога и заключению судебно-психологической экспертизы), суд может прийти в выводу о размере присуждаемой компенсации.

Компенсация морального вреда является мерой юридической гражданско-правовой ответственности, охватывает сферу не только гражданско-правовых отношений, но и уголовно-правовых, трудовых, семейных, административно-правовых и др. В юридической науке дискуссионным является вопрос о формах компенсации причиненного морального вреда. Действующее гражданское законодательство предусматривает лишь денежную форму (п. 1 ст. 151 и п. 1 ст. 1101 ГК РФ). В литературе отмечалось, что наряду с денежной формой необходимо введение и иных форм компенсации морального вреда. Н.С. Малеин подчеркивает, что «суть вопроса состоит в предоставлении потерпевшему возможности облегчить моральные потери, страдания, восстановить его коммуникабельность и т.п.

Особенности компенсации морального вреда, предусматривающего физические и нравственные страдания, отрицают применение натурального способа возмещения.

Следует отметить, что ст. 131 Основ гражданского законодательства СССР 1991 года предусматривала возможность компенсации морального вреда как в денежном, так и в другом выражении, в том числе путем предоставления какого-либо имущества, иных благ. Тогда как Гражданский кодекс РФ с 1 января 1995 года несколько изменил толкование Основ и оставил лишь возможность компенсации морального вреда в денежном выражении. Это, в свою очередь, отмечено Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», п. 8 которого гласит: «При рассмотрении требований о компенсации морального вреда необходимо учитывать, что по правоотношениям, возникшим после 3 августа 1992 года, компенсация определяется судом в денежной или иной материальной форме, а по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 года, — только в денежной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда».

Считаем, что возврат к существовавшей модели компенсации морального вреда (причиненных физических и нравственных страданий) положительно сказался бы на заглаживании данного вреда. Например, лицо, претерпевшее физические страдания, получило увечье (ампутация ног). В данном случае потерпевшему актуальней было бы получить автотранспортное средство, переоборудованное для инвалидов, для свободного передвижения, нежели денежную компенсацию, и т.д.

Введение в законодательство прежней модели компенсации морального вреда отвечало бы идеалам справедливости, гуманности российского права. Целью защиты личных неимущественных благ и прав является обеспечение неприкосновенности внутреннего мира человека и гражданина, утверждение его самостоятельности и независимости.

Прочитайте текст и ответьте на вопросы:

Извлечение из Семейного Кодекса РФ

Статья 80.

1. Родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно.

Статья 81.

1. При отсутствии соглашения об уплате алиментов алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно в размере: на одного ребенка – одной четверти, на двух детей – одной трети, на трех и более детей – половины заработка и(или) иного дохода родителей.

2. Размер этих долей может быть уменьшен или увеличен судом с учетом материального или семейного положения сторон и иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Статья 86.

1. При отсутствии соглашения и при наличии исключительных обстоятельств (тяжелой болезни, увечья несовершеннолетних детей или нетрудоспособных совершеннолетних нуждающихся детей, необходимости оплаты постороннего ухода за ними и других обстоятельств) каждый из родителей может быть привлечен судом к участию в несении дополнительных расходов, вызванных этими обстоятельствами.

Порядок участия родителей в несении дополнительных расходов и размер этих расходов определяются судом исходя из материального и семейного положения родителей и детей и других заслуживающих внимания интересов сторон в твердой денежной сумме, подлежащей уплате ежемесячно.

2. Суд вправе обязать родителей принять участие как в фактически понесенных дополнительных расходах, так и в дополнительных расходах, которые необходимо произвести в будущем.

Статья 87.

1. Трудоспособные совершеннолетние дети обязаны содержать своих нетрудоспособных нуждающихся в помощи родителей и заботиться о них.

2. При отсутствии соглашения об уплате алиментов алименты на нетрудоспособных нуждающихся в помощи родителей взыскиваются с трудоспособных совершеннолетних детей в судебном порядке.

3. Размер алиментов, взыскиваемых с каждого из детей, определяется судом исходя из материального и семейного положения родителей и детей и других заслуживающих внимания интересов сторон в твердой денежной сумме, подлежащей уплате ежемесячно.

Вопросы и задания:

1. Назовите любые три установленные законом обстоятельства, от которых зависит размер алиментов на несовершеннолетних детей, взыскиваемых судом при отсутствии соглашения об уплате алиментов.

2. В некоторых регионах России местные власти применяют к гражданам, уклоняющимся от уплаты алиментов на содержание несовершеннолетних детей и нетрудоспособных родителей, меры морального воздействия, наряду с правовыми механизмами. Используя знания обществоведческого курса, приведите три объяснения, почему в данном случае меры морального воздействия могут оказаться эффективными.

3. При наличии какого из исключительных обстоятельств (при отсутствии соглашения) согласно закону каждый из родителей может быть привлечён судом к участию в несении дополнительных расходов на содержание детей? Укажите три исключительных обстоятельства.

4. Какие аспекты отношений детей и родителей регулирует каждая из приведенных статей Семейного кодекса? Опираясь на знания обществоведческого курса, назовите еще один любой аспект отношений детей и родителей, регулируемый Семейным кодексом.

racorn / .com

22 мая 2014 года Д. заключила с банком «В» договор кредитования. При его оформлении она также подписала заявление о присоединении к Программе страхования жизни и трудоспособности заемщиков кредитов и держателей кредитных карт в банке (далее – Программа страхования). 3 февраля 2015 года Д. подала в банк заявление об отказе от участия в Программе страхования, однако банк ей в этом отказал. Тогда Д. обратилась в суд с иском к банку о признании договора присоединения к Программе страхования расторгнутым с 3 февраля 2015 года и требовала в том числе взыскать в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 10 тыс. руб. Суд удовлетворил заявленные требования частично: признал договор расторгнутым и, помимо прочего, взыскал с банка компенсацию морального вреда в размере 3 тыс. руб. (решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 4 октября 2016 г. по делу № 2-4432/2016). Условиями договора страхования предусмотрено его досрочное прекращение по желанию клиента, чем и воспользовалась Д., пояснил суд (ст. 309-310, ст. 450, ст. 1102 Гражданского кодекса). Однако апелляция, рассмотрев жалобу банка на вынесенное решение, акт нижестоящего суда отменила в части взыскания в пользу Д. морального вреда, сославшись на то, что нормы ГК РФ не предусматривают взыскание компенсации морального вреда в качестве ответственности при невозврате неосновательного обогащения, а Закон РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – закон о защите прав потребителей) к таким правоотношениям не применяется (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 16 мая 2017 г. по делу № 33-4626/2017).

Чтобы составить претензию о наличии в кредитном договоре условий, нарушающих права потребителей, воспользуйтесь «Конструктором правовых документов» в интернет-версии системы ГАРАНТ. Получите бесплатный доступ на 3 дня!

Получить доступ

Не согласившись с этой позицией, Д. подала кассационную жалобу в Верховный Суд Российской Федерации и просила отменить апелляционное определение, оставив в силе решение районного суда.

Когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) для личных бытовых нужд, такой гражданин пользуется правами стороны в обязательстве в соответствии с ГК РФ, а также правами, предоставленными потребителю законом о защите прав потребителей, напомнил Суд (ст. 9 Федерального закона от 26 января 1996 г. № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации»). При этом если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной этими специальными законами (п. 2 постановления Пленума ВС РФ от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»; далее – Постановление № 17). При отнесении споров к сфере регулирования закона о защите прав потребителей следует учитывать, что под финансовой услугой следует понимать услугу, оказываемую физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств (предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.) (подп. «д» п. 3 Постановления № 17).

С учетом этого ВС РФ сделал вывод, что, заключая договор банковского счета, гражданин становится потребителем финансовой услуги и, следовательно, такие правоотношения подпадают под действие как ГК РФ, так и закона о защите прав потребителей.

По общему правилу, банк не может списывать денежные средства со счета без соответствующего распоряжения клиента (п. 1-2 ст. 854 ГК РФ). Д. выразила желание досрочно расторгнуть договор страхования, что допускается в соответствии с его условиями, однако банк «В» продолжал списывать с ее банковского счета денежные средства в качестве платы за присоединение к Программе страхования. Моральный вред подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины, причем размер компенсации определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда (ст. 15 закона о защите прав потребителей). Для этого достаточно лишь установить факт нарушения прав потребителя (п. 45 Постановления № 17).

То обстоятельство, что незаконно удержанные банком денежные суммы были квалифицированы судами как неосновательное обогащение, подчеркнул Суд, не влияет на возможность применения к возникшим между Д. и банком правоотношениям закона о защите прав потребителей. Следовательно, поскольку банк нарушил права Д., осуществив списание денежных средств со счета помимо ее воли, оснований для отказа в удовлетворении требования о компенсации морального вреда не было.

В результате апелляционное определение было отменено, а в части взыскания в пользу Д. компенсации морального вреда было оставлено без изменения решение районного суда (определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 6 марта 2018 г. № 66-КГ17-15).

Потребитель или не потребитель: всегда ли гражданин может рассчитывать на компенсацию банком морального вреда?

Стоит отметить, что ключевым при решении вопроса о взыскании компенсации морального вреда в спорах между банком и гражданином является факт договорных отношений между ними.

Так, с января 2015 года Ц. стал получать уведомления от банка «А» с требованием погасить задолженность по кредиту. Однако кредитный договор он не оформлял. Ц. выяснил, что такой договор был заключен от его имени 12 октября 2014 года, а подпись – подделана. В связи с этим он обратился в общественную организацию по защите прав потребителей «К» (далее – Организация) с требованием разобраться в сложившейся ситуации. В ответ на запрос Организации банк сообщил, что провел проверку и установил факт оформления потребительского кредита на имя Ц. мошенническим путем, в связи с чем какие-либо требования к нему предъявляться не будут, а договор из национального бюро кредитных историй будет удален. Однако даже после этого сообщения письма банка с требованиями погасить несуществующую задолженность, звонки и СМС-сообщения продолжили поступать в адрес Ц. Кроме того, с целью приобретения недвижимого имущества он обратился в банк «У» с просьбой выдать ему кредит, однако 24 января 2015 года получил отказ, в связи с чем был вынужден уплатить по договору задаток. Отказ банка «У» гражданин связал с тем фактом, что он находится в списке должников банка «А».

С учетом этого Организация обратилась от имени Ц. в суд с иском, в котором просила признать кредитный договор с банком «А» незаключенным, исключить персональные данные Ц. из базы данных должников по кредиту, возместить убытки в виде уплаченного задатка в размере 450 тыс. руб., убытки, связанные с оказанием медицинской помощи в размере 10,65 тыс. руб., взыскать 2 млн руб. в счет компенсации морального вреда, штраф в размере 50% от взысканных сумм и возместить судебные расходы.

Сославшись на закон о защите прав потребителей, суд удовлетворил заявленные требования частично: признал кредитный договор незаключенным с исключением персональных данных Ц. из базы данных должников и взыскал с банка в пользу истца убытки в размере 460,65 тыс. руб., компенсацию морального вреда 500 тыс. руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере 240,162 тыс. руб. и судебные расходы в сумме 71,2 тыс. руб. (решение Первомайского районного суда г. Краснодара от 1 июля 2015 г. по делу № 2-8174/2015). Банк обжаловал это решение, но апелляция оставила его в силе (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 10 сентября 2015 г. по делу № 33-21204/2015).

В результате представители банка направили кассационную жалобу в ВС РФ с требованием отменить акты нижестоящих судов как незаконные. И Суд нашел для этого основания.

По мнению ВС РФ, суды неправильно применили к данным правоотношениям закон о защите прав потребителей, поскольку требования Ц. были основаны на том, что ни в какие отношения с банком «А» по поводу получения кредита он не вступал и не намеревался вступать. Кредитный договор от его имени был заключен третьими лицами мошенническим путем (данный факт был установлен на основании заключения почерковедческой экспертизы).

Кроме того, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (ст. 1064 ГК РФ). При этом именно Ц. должен был доказать, что банк является лицом, в результате действий которого у него возник ущерб (п. 12 постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»). Однако Ц. не представил доказательств, подтверждающих, что причиной отказа в предоставлении ему кредита в банке «У» послужила именно информация о его задолженности перед банком «А», а нижестоящие суды не привели эти доказательства в своих актах (ч. 4 ст. 198 ГПК). Следовательно, отметил ВС РФ, не была установлена причинная связь между действиями банка и утратой истцом суммы задатка, уплаченного им третьему лицу.

Суд отменил обжалуемые банком судебные акты и направил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции (определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 16 августа 2016 г. № 18-КГ16-71). В результате в иске Ц. было полностью отказано (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 6 декабря 2016 г. по делу № 33-28455/2016).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *