Нарушение религиозных правил

Документ показан в сокращенном демонстрационном режиме! Стоимость документа 150 тенге

Получить полный доступ к документу

Стань пользователем

Доступ к документу можно получить: Для зарегистрированных пользователей:

Для покупки документа sms доступом необходимо ознакомиться с условиями обслуживания
Я принимаю Условия обслуживания
Продолжить

  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки

Федеральный закон Российской Федерации от 26 сентября 1997 года № 125-ФЗ
О свободе совести и о религиозных объединениях

(с изменениями и дополнениями по состоянию на 02.12.2019 г.)

Принят Государственной Думой 19 сентября 1997 года

Одобрен Советом Федерации 24 сентября 1997 года

Глава I. Общие положения

(статьи 1 — 5)

Глава II. Религиозные объединения

(статьи 6 — 14)

Глава III. Права и условия деятельности религиозных организаций

(статьи 15 — 24)

Глава III.1. Миссионерская деятельность

(статьи 24.1 — 24.2)

Глава IV. Надзор и контроль за исполнением законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях

(статьи 25 — 27)

Федеральное Собрание Российской Федерации,

подтверждая право каждого на свободу совести и свободу вероисповедания, а также на равенство перед законом независимо от отношения к религии и убеждений,

основываясь на том, что Российская Федерация является светским государством,

признавая особую роль православия в истории России, в становлении и развитии ее духовности и культуры,

уважая христианство, ислам, буддизм, иудаизм и другие религии, составляющие неотъемлемую часть исторического наследия народов России,

считая важным содействовать достижению взаимного понимания, терпимости и уважения в вопросах свободы совести и свободы вероисповедания,

принимает настоящий Федеральный закон.

  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки

Глава I. Общие положения

Статья 1. Предмет регулирования настоящего Федерального закона

Настоящий Федеральный закон регулирует правоотношения в области прав человека и гражданина на свободу совести и свободу вероисповедания, а также правовое положение религиозных объединений, в том числе особенности их гражданско-правового положения.

  • Корреспонденты на фрагмент
  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки

Статья 2. Законодательство о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях

  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки

1. Законодательство о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях состоит из соответствующих норм Конституции Российской Федерации, Гражданского кодекса Российской Федерации, из настоящего Федерального закона, принимаемых в соответствии с ними иных нормативных правовых актов Российской Федерации, а также нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

  • Поставить закладку
  • Посмотреть закладки

2. Права человека и гражданина на свободу совести и свободу вероисповедания регулируются федеральным законом. Законы и иные нормативные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации и затрагивающие реализацию права на свободу совести и свободу вероисповедания, а также деятельность религиозных объединений, должны соответствовать настоящему Федеральному закону. В случае противоречия настоящему Федеральному закону нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации по вопросам защиты права на свободу совести и свободу вероисповедания и по вопросам деятельности религиозных объединений действует настоящий Федеральный закон.

7. Сходно решается вопрос об отношениях понятий греха и преступления. Хотя в противоположность нравственности веления религии как догмы, подобно велениям права, имеют объективный, а не субъективный характер, суть веления авторитетной воли, налагающей на каждого верующего обязанности, но тем не менее области религии и права также не покрывают друг друга, вменение религиозное также не тождественно с юридическим.

Нормы религиозные, как и нравственные, регулируют не только взаимные отношения людей, но и отношения человека к самому себе и к Богу; в этом смысле область греховного, как нарушения обязанностей религиозных, шире области преступного. С другой стороны, если между преступными деяниями существуют такие, которые не затрагивают принципов нравственности, то еще более найдем мы между ними деяний религиозно безразличных: нарушаются ли требования религии при большинстве так называемых полицейских нарушений, при нарушениях уставов акцизных и т. д.? Заповедь земного правосудия ставит один основной предел человеческому эгоизму— «не вреди ближнему твоему»; но ту ли тяготу возлагает на нас воля Всевышнего? «Аз же глаголю вам: любите враги, ваши, благословите клянущия вы, добро творите ненавидящим вас и молитеся за творящия вам напасть и изгоняющия вы».

Оттого, не становясь фарисеями, готовясь предстать пред вечным судьей, правда не многие, но все-таки некоторые могут сказать: «Я не был ни грабителем, ни вором, ни насилователем, я соблюл закон и его требования». Но по отношению к исполнению заповедей религии каждый ежечасно может лишь повторять скорбную молитву мытаря: «Боже, милостив буди мне грешному!», ибо, как смиренно взывает к источнику всепрощения православная церковь в последней молитве за усопшего брата, «несть человек иже жив будет и не согрешит. Ты бо един, кроме греха, и правда Твоя — правда вовеки, и слово Твое — истина».

К тому же веления религии по необходимости конфессиональны, ее заповеди стоят в прямом соотношении с основами того или другого вероучения, и, конечно, мы не можем признать тождества правил жизни и поведения, предписываемых христианством и язычеством, магометанством и еврейством; а веления права, коих нарушение образует область преступного, запрещают и приказывают безотносительно к религиозным верованиям тех, к кому обращается авторитетная воля государства.

Также глубоко различен и принцип вменения. Суд божеский, как и суд совести, зрит тайные помыслы людей, зрит то, что скрыто для суда земного, и одинаково почитает виновным и прелюбодех, и того, кто «еже воззрит на жену, во еже вожделети ея», потому что и он «уже любодействова с нею в сердце своем». Оттого и последствия нарушения религиозных заповедей имеют такой же внутренний характер: религия требует от согрешившего покаяния и раскаяния, и притом не видимого и внешнего, а исходящего из сердца; об истинном суде церкви говорит Иоанн Златоуст: «Здесь врачебница, а не судилище, здесь не истязуют, а дают прощение во грехах».

Между тем в истории уголовного законодательства смешение греховного и преступного встречалось нередко, одинаково вредя и церкви и государству, внося вражду и насилие в царство любви и свободы. Примеры такого смешения у нас, например, мы встретим не только в эпоху Судебников, но и позднее, в эпоху Уложения царя Алексея, когда забвение божьего страха ставилось существенным условием преступности. Еще в 1674 г. (Полное собрание законов, № 570) царь указывал: «Ныне приспе время святого и великого поста к покаянию на очищение от грех всем православным христианам, и вы б приходили к церкви Божией во вся дни и молились Господу Богу и у отцов своих духовных исповедовались, а которые сподобятся Святых Божиих Тайн и те причащались, также и домочадцам своим велели к церквам Божиим приходить и исповедоваться ж, а в соборе и по приходским церквам указал Великий государь досматривать, кто учнет приходить, а которые к церквам Божиим для моления приходить и поститися не станут, и тем от Великого государя быть в наказанье».

Да и действующее наше право далеко не безупречно в этом отношении. В Уставе о предупреждении и пресечении преступлений изд. 1890 г. на гражданское и военное начальство возлагается (ст. 20 и след.) наблюдение за тем, чтобы православные ежегодно исповедовались и причащались в пост или иное время и детей старше 7 лет приводили к исповеди и причастию, а о нераскаянных грешниках, не исполняющих христианского долга, епархиальные власти сообщают гражданскому начальству на его рассмотрение; закон предписывает гражданам, чтобы они по праздникам воздерживались наиболее от беспутной жизни и ходили в церковь к слушанию службы Божией, и особливо литургии (ст. 23); чтобы на Святках, по некоторым старинным идолопоклонническим преданиям, игрища не заводились и чтобы граждане, наряжаясь в кумирские одеяния, по улицам пляски не производили и соблазнительных песен не пели (ст. 28); чтобы на Пасху не бывающих у заутрени не купали и водою не обливали (ст. 29); чтобы к церкви Божией были почтительны и входили в храм с благоговением, без усилия (ст. 3); чтобы пред иконами стояли, как благопристойность и святость места требуют (ст. 6); чтобы во время божественной службы никаких разговоров не чинили, а пребывали со страхом в тишине и во всяком почтении (ст. 7). Точно так же и по тому II на губернаторов, как высших местных правительственных органов, возлагается обязанность тщательного наблюдения, чтобы ереси, расколы и другие предрассудками и невежеством порождаемые заблуждения не были распространяемы между жителями (Общие учреждения губернские, ст. 298).

В соответствии с этими запретами Уложение о наказаниях 1845 г. знало особое отделение «О уклонении от исполнения постановлений церкви», а в число карательных мер вносило церковное покаяние, назначаемое то как самостоятельное, то как дополнительное наказание, налагавшееся, впрочем, по ст. 1002 и 1003 Устава уголовного судопроизводства изд. 1883 г. духовными судами, и только действующее Уложение освободилось от этого вторжения светской власти в недосягаемую для нее сферу Божьего устроения.

Те же соображения повторяются у В. Есипова — «Грех и преступление, святотатство и кража», 1894 г.

Ср. Суворов «О церковных наказаниях», 1876 г. С. 19 и след.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *