Пленум по ст 314 1 УК РФ

В целях обеспечения правильного и единообразного применения судами уголовного закона при рассмотрении дел об уклонении от административного надзора или о неоднократном несоблюдении установленных судом в соответствии с федеральным законом ограничения или ограничений и в связи с возникшими в судебной практике вопросами Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации и статьями 2 и 5 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 года N 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации», постановляет дать следующие разъяснения:

1. Субъектом преступления, предусмотренного статьей 3141 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ), может быть только лицо, в отношении которого в соответствии с Федеральным законом от 6 апреля 2011 года N 64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» (далее — Федеральный закон об административном надзоре) судом в порядке административного судопроизводства установлен административный надзор.

В связи с этим суду необходимо выяснять, имелись ли в отношении подсудимого на момент совершения им уклонения от административного надзора или неоднократного несоблюдения установленных судом в соответствии с федеральным законом ограничения или ограничений вступившие в законную силу решения суда по административному делу об установлении, о продлении административного надзора, не истек ли установленный этими решениями срок административного надзора.

2. Учитывая, что место жительства или пребывания лица, в отношении которого установлен и осуществляется административный надзор, является одним из признаков объективной стороны преступления, указанного в части 1 статьи 3141 УК РФ, судам при установлении этого признака следует исходить из положений статьи 2 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-I «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации», согласно которым место жительства — это жилой дом, квартира, комната, жилое помещение специализированного жилищного фонда (служебное жилое помещение, жилое помещение в общежитии, жилое помещение маневренного фонда, жилое помещение в доме системы социального обслуживания граждан и другие) либо иное жилое помещение, в которых лицо имеет право проживать в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации; место пребывания — гостиница, санаторий, дом отдыха, пансионат, медицинская организация или другое подобное учреждение, в том числе социальный приют, реабилитационное учреждение, а также не являющееся местом жительства жилое помещение, в которых лицо вправе проживать временно.

В соответствии с частью 6 статьи 1731 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее — УИК РФ) адрес места жительства или пребывания, по которому лицо должно прибыть, указывается в предписании, вручаемом ему администрацией исправительного учреждения при освобождении из мест лишения свободы.

3. Обратить внимание судов на то, что ответственность по части 1 статьи 3141 УК РФ за неприбытие без уважительных причин лица, в отношении которого установлен административный надзор при освобождении из мест лишения свободы, к избранному им месту жительства или пребывания в определенный срок, а также за самовольное оставление поднадзорным лицом места жительства или пребывания наступает только в том случае, когда эти деяния совершены лицом в целях уклонения от административного надзора.

На наличие такой цели могут указывать фактические обстоятельства, свидетельствующие в каждом конкретном случае о намерении соответствующего лица препятствовать осуществлению контроля либо избежать контроля со стороны органов внутренних дел за соблюдением установленных ему судом административных ограничения или ограничений, указанных в части 1 статьи 4 Федерального закона об административном надзоре, а также за выполнением обусловленных этими ограничениями обязанностей, перечисленных в части 1 статьи 11 данного Федерального закона.

При этом, если лицо, в отношении которого установлен административный надзор, в определенный срок не прибыло к месту жительства или пребывания либо поднадзорное лицо временно его оставило без разрешения органа внутренних дел, например, в связи с необходимостью навестить тяжелобольного близкого родственника, получить неотложную медицинскую помощь, которая не оказывается в населенном пункте, где он проживает, и т.п., не имея намерения избежать контроля со стороны органов внутренних дел, такое деяние не является уголовно наказуемым.

4. По смыслу части 1 статьи 3141 УК РФ и с учетом положений частей 5 и 6 статьи 1731 УИК РФ и статьи 4, пунктов 1 и 2 части 1 статьи 11 Федерального закона об административном надзоре неприбытием лица, в отношении которого установлен административный надзор при освобождении из мест лишения свободы, к избранному им месту жительства или пребывания в определенный администрацией исправительного учреждения срок следует считать неисполнение обязанностей, указанных в предписании, прибыть к избранному им месту жительства или пребывания в определенный срок и явиться для постановки на учет в орган внутренних дел в течение трех рабочих дней со дня прибытия, совершенное с предусмотренной частью 1 статьи 3141 УК РФ целью.

5. Уважительными причинами неприбытия лица, в отношении которого установлен административный надзор при освобождении из мест лишения свободы, в определенный срок к избранному им месту жительства или пребывания могут быть конкретные обстоятельства, которые препятствовали исполнению указанных в предписании обязанностей (например, чрезвычайная ситуация природного или техногенного характера, временное отсутствие транспортного сообщения, тяжелая болезнь этого лица).

6. Под самовольным оставлением поднадзорным лицом места жительства или пребывания следует понимать его непроживание (непребывание) по месту жительства или пребывания и (или) его выезд за установленные судом пределы территории без разрешения органа внутренних дел, выданного в соответствии с частью 3 статьи 12 Федерального закона об административном надзоре, совершенные с предусмотренной частью 1 статьи 3141 УК РФ целью.

Если поднадзорное лицо, имея цель уклониться от административного надзора, получило в органе внутренних дел разрешение на пребывание вне жилого или иного помещения, являющегося местом жительства или пребывания, и (или) на краткосрочный выезд за установленные судом пределы территории в связи с исключительными личными обстоятельствами, предусмотренными пунктами 1-6 части 3 статьи 12 Федерального закона об административном надзоре, однако не прибыло к месту временного пребывания и не встало на учет в органе внутренних дел поэтому месту пребывания, то такие действия также следует признавать самовольным оставлением места жительства или пребывания.

7. Предусмотренные статьей 78 УК РФ сроки давности уголовного преследования за уклонение от административного надзора, совершенное в форме самовольного оставления поднадзорным лицом места жительства или пребывания, следует исчислять со дня задержания поднадзорного лица или дня явки его с повинной.

8. Разъяснить судам, что объективная сторона преступления, предусмотренного частью 2 статьи 3141 УК РФ, заключается в совершении лицом, в отношении которого установлен административный надзор и которое ранее два раза в течение одного года привлекалось к административной ответственности по части 1 и по части 3 статьи 19.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ) за несоблюдение установленных ему судом административных ограничения или ограничений, нового деяния, выразившегося в несоблюдении таких ограничения или ограничений, если при этом не истекли сроки, в течение которых это лицо считалось подвергнутым административному наказанию за предыдущие правонарушения, предусмотренные частью 1 и частью 3 статьи 19.24 КоАП РФ.

Указанное деяние должно быть сопряжено с совершением административного правонарушения против порядка управления (включенного в главу 19 КоАП РФ, за исключением предусмотренного статьей 19.24 КоАП РФ) либо административного правонарушения, посягающего на общественный порядок и общественную безопасность (включенного в главу 20 КоАП РФ) либо на здоровье, санитарно-эпидемиологическое благополучие населения и общественную нравственность (включенного в главу 6 КоАП РФ).

Несоблюдение установленных судом административных ограничения или ограничений следует считать сопряженным с совершением перечисленных в части 2 статьи 3141 УК РФ правонарушений (например, мелкое хулиганство, появление в общественных местах в состоянии опьянения), если эти действия осуществляются одновременно, в частности, указанные правонарушения совершаются во время нахождения лица, в отношении которого установлен административный надзор, в запрещенных для пребывания местах, посещения мест проведения массовых и иных мероприятий при наличии к тому запрета, пребывания вне жилого или иного помещения в запрещенное время суток.

9. Обратить внимание судов на то, что обстоятельства, послужившие основанием для установления административного надзора, а также для привлечения лица к административной ответственности по части 1 и части 3 статьи 19.24 КоАП РФ, иной статье главы 6, 19 или 20 КоАП РФ, не предопределяют выводы суда о виновности подсудимого в совершении преступления, предусмотренного статьей 3141 УК РФ, которая устанавливается на основе всей совокупности доказательств, проверенных и оцененных посредством уголовно-процессуальных процедур. Если указанные обстоятельства препятствуют постановлению приговора, суд возвращает уголовное дело прокурору.

Аналогичным образом следует поступать и в случае рассмотрения уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства (глава 40 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ). В частности, в соответствии с частью 7 статьи 316 УПК РФ решение о рассмотрении уголовного дела в указанном порядке принимается только при условии, что обвинение, с которым согласился обвиняемый, обоснованно, уклонение от административного надзора или неоднократное несоблюдение установленных судом в соответствии с федеральным законом ограничения или ограничений подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами.

10. В силу статьи 4.6 КоАП РФ лицо считается подвергнутым административному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления.

В связи с этим при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных частью 2 статьи 3141 УК РФ, суду надлежит выяснять, исполнено ли постановление о назначении лицу административного наказания по части 1 и части 3 статьи 19.24 КоАП РФ, иной статье главы 6, 19 или 20 КоАП РФ, дату окончания исполнения указанного постановления; не прекращалось ли его исполнение; не истек ли годичный срок, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию; не пересматривались ли постановление о назначении лицу административного наказания и последующие постановления, связанные с его исполнением, в порядке, предусмотренном главой 30 КоАП РФ.

11. При определении территориальной подсудности уголовного дела о преступлении, предусмотренном статьей 3141 УК РФ, местом совершения такого преступления следует считать место, по которому органом внутренних дел должен осуществляться административный надзор.

12. Если при рассмотрении уголовного дела о преступлении, предусмотренном статьей 3141 УК РФ, будут выявлены обстоятельства, способствовавшие совершению такого преступления, а также нарушения закона, допущенные при производстве дознания или при рассмотрении уголовного дела нижестоящим судом, то суд в соответствии с частью 4 статьи 29 УПК РФ вправе вынести частное определение или постановление, в котором обратить внимание соответствующих организаций и должностных лиц на данные обстоятельства и факты нарушений закона, требующие принятия необходимых мер.

Председатель Верховного Суда Российской Федерации

В. Лебедев

Секретарь Пленума, судья Верховного Суда

Российской Федерации

В. Момотов

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2009. № 6

ТРИБУНА МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ

А.С. Королев, аспирант кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета МГУ*

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОНЯТИЯ

«ПРЕСТУПНОЕ СООБЩЕСТВО» И ЕГО ПРИЗНАКОВ (НОВЫЕ АСПЕКТЫ В СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ)

В статье рассматриваются понятие и признаки преступного сообщества (преступной организации) в свете постановления Пленума Верховного суда РФ №8от 10.06.2008 г. Автор анализирует следующие элементы, присущие понятию «преступное сообщество»: признаки сплоченности, стабильности, организованности. Приводится точка зрения автора по применению на практике по уголовным делам положений рассматриваемого постановления.

Ключевые слова: постановление; Пленум Верховного суда РФ; преступное сообщество; сплоченность; устойчивость; организованная группа.

Проблемы толкования и применения норм, изложенных в ст. 210 Уголовного кодекса Российской Федерации, давно обсуждаются видными учеными и работниками правоохранительной системы. За последние годы в правоприменительной практике накопилось значительное количество вопросов, связанных с наличием оценочных признаков в конструкции ст. 210 УК РФ, без четкого разрешения которых невозможно выработать единый подход к определению понятия «преступное сообщество» и его признаков.

Именно поэтому издание постановления Пленума Верховного суда РФ № 8 от 10.06.2008г. «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации)» было встречено с особым интересом как учеными, так и практическими работниками.

* korolev.artem@yahoo.com

В положениях рассматриваемого постановления нашли разрешение многие спорные вопросы квалификации деяний, предусмотренных ст. 210 УК РФ. Однако некоторые вопросы данное постановление (ввиду своего места в иерархии нормативных актов) разрешить не могло.

Так, вряд ли было ожидаемым то, что в постановлении будет предпринята попытка установить взаимосвязь или различия понятий «преступное сообщество» и «преступная организация»: вслед за законом Пленум ВС рассматривает эти понятия как равнозначные (синонимичные). Поэтому представляется возможным в данной статье, говоря о «преступном сообществе», иметь в виду и «преступную организацию». Хотя использование синонимов считается дефектом законодательной техники, для судебной практики данная проблема не является актуальной. Однако в научной литературе попытки раскрыть содержание каждого из названных понятий продолжаются1.

Прежде всего ожидалось, что Пленум ВС зафиксирует четкие критерии такого признака, как «сплоченность», и решит проблему соотношения данного понятия с понятием «устойчивость». В результате практика получила бы легальное толкование указанных дефиниций для безошибочного выявления преступного сообщества через его признаки, разграничив его и иную форму соучастия — организованную группу.

Однако Пленум ВС в рассматриваемом постановлении уже в п.2, раскрывая понятие «преступное сообщество», указал, что преступное сообщество создается для совершения одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений. Данная формулировка может создать новые правовые коллизии и подоплеку для практических и научных споров. Так, профессор В. Быков пишет, что положение о том, что преступная структура создается для совершения даже и одного преступления, законодатель относит только к организованной группе (ч. 3 ст. 35 УК РФ). Что же касается преступного сообщества (преступной организации), то в ч. 4 ст. 35 указывается: оно создается для совершения тяжких или особо тяжких преступлений. Нет указания на то, что преступное сообщество (преступная организация) может быть создано для совершения только одного преступления и в ч. 1 ст. 210 УК РФ,

которая также предусматривает, что цель создания преступного сообщества (преступной организации) — это совершение тяжких или особо тяжких преступлений2.

В свою очередь И. Бикеев и С. Никитин указывают, что из текста ч. 4 ст. 35 и ч. 1 ст. 210 УК РФ следует, что преступное сообщество создается в целях совершения не одного, а нескольких тяжких или особо тяжких преступлений3.

Таким образом, полагаем, что законодатель, определяя преступное сообщество в положениях УК РФ и используя слово «преступления» во множественном числе, тем самым подразумевает совершение сообществом более одного преступления. Следовательно, преступное сообщество согласно трактуемым положениям УК не может создаваться для совершения только одного преступления. Пленум же, постановив обратное, тем самым отверг такой отличительный (от организованной группы) признак преступного сообщества, закрепленный уголовным законом, как количество преступлений, для совершения которых они создаются.

В то же время, закрепляя в постановлении возможность создания преступного сообщества для совершения только одного преступления, Пленум ВС пытается обратить особое внимание правоприменителей и ученых на объективные реалии сегодняшнего дня. Как известно, в настоящее время нередки случаи организации преступного сообщества для совершения только одного особо тяжкого, но тщательного подготовленного преступления с привлечением огромных финансовых ресурсов, использования коррупционных связей и несовершенства нашей правовой системы. Достаточно вспомнить трагедии Беслана, «Норд-Оста» и совершенного в июне 2009 г. покушения на Президента Ингушетии.

Авторы постановления, указывая о возможности создания преступного сообщества для совершения одного преступления, противоречат прямому толкованию уголовного закона, однако отражение данного положения поможет усилить ответственность за совершение жестоких и масштабных преступлений в будущем.

Отдельного комментария в данном контексте заслуживает мнение, существующее в научной литературе, о том, что понятие «устойчивость», будучи первостепенным признаком организованной группы, должно характеризоваться систематическим характером совершения преступлений, т. е. совершения как минимум двух (А. В. Мондохонов)4 или

3 См.: Бикеев И.И., Никитин С. Проблемные аспекты постановления Пленума Верховного суда «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации)» // Там же. С. 54-57.

трех (Р. Р. Галиакбаров, Р. Х. Кубов и др.)5 преступлений: упоминается об этом и в судебной практике6. Считаем возможным не согласиться с такими утверждениями по следующим причинам: естественно, систематичность и неоднократность совершения преступления группой лиц помогают работникам правоохранительной системы квалифицировать преступления как совершенные организованной группой, но в то же время имеется указание закона, что организованная группа может быть создана для совершения только одного преступления.

Поэтому мы солидарны с мнением П. Агапова, который утверждает, что объективное проявление устойчивости составляет в первую очередь длительный или интенсивный короткий период преступной деятельности, складывающейся из значительного числа преступлений или образующей в своей совокупности единое преступное поведение, осуществляемое участниками такой группы7.

Итак, рассмотрим непосредственно, каким образом постановление определяет понятие «сплоченность» и иные признаки, присущие преступному сообществу.

Введение законодателем таких оценочных терминов, как сплоченность и устойчивость, давно обсуждается и критикуется наукой и практикой. Многие ученые8 не раз указывали в своих работах, что применение таких предусмотренных в законе отличительных признаков, как устойчивость для организованной группы и сплоченность для преступной организации, является весьма затруднительным, поскольку эти понятия являются однопорядковыми и взаимодополняющими, к тому же невозможно представить организованную группу устойчивой, но не сплоченной, а преступное сообщество — сплоченным, но не устойчивым. В связи с этим многие авторы применительно к преступному

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

6 Постановление Пленума Верховного суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» // Бюл. Верховного суда РФ. 2003. № 2; Постановление Верховного суда Республики Татарстан от 8 июня 2001 г.// Архив Верховного суда РФ. 2003.

7 См.: Агапов П. В. Критерии разграничения организованной группы и преступного сообщества // Законность. 2007. № 5. С. 23—25.

7 ВМУ, право, № 6

сообществу приходят к следующему выводу: сплоченность характеризует внутреннее состояние преступного сообщества, а устойчивость — внешнюю сторону его деятельности.

До принятия Уголовного кодекса РФ в теории сплоченность и устойчивость рассматривались как признаки одного порядка, т.е. синонимы9. Согласно позиции Пленума ВС, под признаком сплоченности преступного сообщества следует понимать наличие у руководителей (организаторов) и участников этого сообщества, во-первых, единого умысла на совершение тяжких и особо тяжких преступлений и, во-вторых, осознание ими общих целей функционирования такого преступного сообщества и своей принадлежности к нему.

Что касается данного утверждения Пленума ВС, то такая трактовка характеризует сплоченность как категорию социально-психологиче-скую10 и не вызывает вопросов и возражений. Кроме того, в постановлении указывается, что сплоченность может также характеризоваться:

— особой структурой сообщества (например, руководитель, совет руководителей, исполнители отдельных заданий);

— наличием руководящего состава, распределением функций между его участниками.

Безусловно, авторы постановления не утверждают о возможности существования преступного сообщества без единоличного или коллегиального руководителя: такое утверждение противоречило бы самой структуре ст. 210 УК РФ. Но полагаем, что такая формулировка не совсем корректна и может вызвать споры со стороны практиков и ученых. Более точной, на наш взгляд, может быть следующая формулировка: «Признак сплоченности также характеризуется особой структурой сообщества (например, руководитель, совет руководителей, исполнители отдельных заданий), наличием руководящего состава, распределением функций между его участниками».

Далее авторы постановления добавляют, что о сплоченности сообщества свидетельствуют такие признаки, как планирование преступной деятельности на длительный период, а также подкуп и другие коррупционные действия, направленные на нейтрализацию представителей правоохранительных и иных государственных органов.

10 См.: Комиссаров В. С., Агапов П.В. Постановление Пленума Верховного суда «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации)»: Общая характеристика, спорные моменты и их критический анализ // Уголовное право. 2008. № 5. С. 62—68; см. также: Борзенков Г.Н. Организованная преступность и уголовный закон: Мат-лы дискус. клуба «Теневая экономика и организованная преступность» // Вестн. Моск. ун-та. Серия Право. 1990. № 4. С. 62-64.

Таким образом, указываются признаки, свидетельствующие о сплоченности11, т. е. подтверждающие наличие сплоченности членов преступного сообщества. Однако, согласно логике русского языка, сплоченность означает «дружный, единодушный, организованный», а сплотить значит «добиться единства, объединить»12. Как в таком случае подкуп и другие коррупционные действия могут свидетельствовать о сплоченности группы?

Как известно, практика, столкнувшись с проблемой разграничения определений преступного сообщества и организованной группы по признакам сплоченности и устойчивости, выработала дополнительный признак — организованность13. «Признаки организованности, — говорится в определении Верховного суда Российской Федерации от 30 декабря 1999 г., — четкое распределение функций между соучастниками, тщательное планирование преступной деятельности, наличие внутренней жесткой дисциплины и т.д.».

Рассматриваемое постановление такой признак, как организованность, не предусматривает. Более того, признаки, характерные для понятия «организованность», постановление относит как к понятию «сплоченность», так и к другим (назовем их факультативными) признакам преступного сообщества, к которым Пленум ВС относит:

— наличие организационно-управленческих структур;

— наличие общей материально-финансовой базы, образованной в том числе из взносов от преступной или иной деятельности;

— иерархию;

— дисциплину;

— установленные правила взаимоотношений и поведения участников преступного сообщества и т.д.

Пленум ВС, исходя из того что данный перечень носит открытый характер («и т.д.»), оставляет право суду, следствию и ученым самостоятельно включать в этот список свои представления о том, чем же еще может характеризоваться преступное сообщество. При этом «сочетание в различной совокупности таких признаков», о которой упоминает Пленум ВС, допускает, на наш взгляд, при квалификации преступлений по ст. 210 УК РФ выявление только двух факультативных признаков преступного сообщества. Вместе с тем анализ практики по уголовным делам показывает, что судебные органы идут по пути

12 См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1986. С. 657, 730.

13 Определение Судебной коллегии Верховного суда по уголовным делам от 30 декабря 1999 г. // PRAVOTEKA..RU: юридический портал. URL: http://www.pravoteka.ru/ pst/76/37924.html; Приговор Московского городского суда от 10 мая 2001 г. по уголовному делу № 2-119/01, Приговор Московского городского суда от 19 июня 2000 г. по уголовному делу № 2-47/00 (Цветков Ю.А. Преступное сообщество (преступная организация):уго-ловно-правовой анализ. Доступ из СПС КонсультантПлюс. Комментарии законодательства. С. 11).

установления всех перечисленных Пленумом ВС признаков для вменения ст. 210 УК РФ14.

Пленум, публикуя данный перечень, относит его именно к отличительным признакам преступного сообщества, а не к составляющим понятия «сплоченность». Тем не менее конструкция и построение п.3 постановления может привести к различному толкованию его положений и введению в заблуждение не только ученых15, но и работников правоохранительной системы.

Кроме того, Пленум ВС вводит новой признак преступного сообщества — структурно оформленная группа, — значение которого не раскрывает. И если следовать логике п.2 рассматриваемого постановления, то практическим работникам придется для выявления преступного сообщества прежде всего устанавливать именно наличие структурно оформленной группы.

Устойчивость, как известно, является необходимым признаком организованной группы. В соответствии с рассматриваемым постановлением данный признак обязателен и для выявления преступного сообщества. Так, в п. 2 авторы указывают: «Под преступным сообществом (преступной организацией) следует понимать структурно оформленную преступную группу, которая, помимо присущих организованной группе признаков (часть 3 статьи 35 УК РФ)…».

Иными словами, для того чтобы выявить в действиях лиц признаки преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, необходимо установить структурно оформленную преступную группу, обладающую признаком устойчивости и созданную в целях совершения одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений. Поэтому полагаем, что Пленуму ВС следовало раскрыть в данном постановлении понятие и признаки устойчивости для успешного разграничения на практике двух форм соучастия — преступного сообщества и организованной группы.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Исходя из вышеизложенного можно сделать следующие выводы. Согласно постановлению Пленума Верховного суда Российской Федерации № 8 от 10.06.2008 г., для того чтобы выявить в действиях лиц признаки преступления, предусмотренного ст. 210 Уголовного кодекса Российской Федерации, и отграничить эти действия от иной формы соучастия в виде организованной группы, необходимо установить: структурно оформленную преступную группу, обладающую признаком устойчивости и созданную в целях совершения одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений.

Указанная группа должна характеризоваться признаком сплоченности, для выявления которого необходимо установить:

14 Кассационные определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ от 21 декабря 2005 г. № 81-005-86; от 1 июня 2006 г. № 58-006-24; Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ от 14 февраля 2002 г. Доступ из СПС КонсультантПлюс.

15 См.: Бикеев И.И., Никитин С. Указ. соч. С. 54.

1. Наличие у руководителей (организаторов) и участников единого умысла на совершение тяжких и особо тяжких преступлений и осознание ими общих целей функционирования такого преступного сообщества и своей принадлежности к нему.

2. Руководители (организаторы) или участники совершают такие действия, как планирование преступной деятельности на длительный период, подкуп и другие коррупционные действия, направленные на нейтрализацию представителей правоохранительных и иных государственных органов.

3. Особую структуру сообщества (например, руководитель, совет руководителей, исполнители отдельных заданий), наличие руководящего состава с распределением функций между его участниками.

И наконец, для выявления в действиях лиц признаков преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, необходимо установить сочетание как минимум двух факультативных признаков, указанных в абз.1 п. 3 постановления Пленума ВС.

Оценивая в целом позитивный вклад нового постановления Пленума ВС при квалификации преступлений данной категории, применительно к обнаружению на практике признаков преступного сообщества процесс стал еще запутаннее и сложнее. Пленум вводит новые дефиниции, не раскрывая их значений. С одной стороны, систематизирует принятые на практике категории, а с другой — предоставляет «карт-бланш» работникам правоохранительной системы по определению признаков преступного сообщества и дополнения некоторых положений указанного постановления. Таким образом, какова вероятность использования данного постановления на практике в части установления признаков преступного сообщества и отграничения от иной формы соучастия — организованной группы, покажет только время.

Список литературы

Агапов П.В. Критерии разграничения организованной группы и преступного сообщества //Законность. 2007. № 5.

Бикеев И.И., Никитин С. Проблемные аспекты постановления Пленума Верховного суда «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации)» //Уголовное право. 2008. № 5.

Быков В.М. Позиция Пленума Верховного суда об организации преступного сообщества (преступной организации): контраргументы // Уголовное право. 2008. № 5.

Комиссаров В. С., Агапов П.В. Постановление Пленума Верховного суда «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации)»: Общая характеристика, спорные моменты и их критический анализ // Уголовное право. 2008. № 5.

Кубов Р.ХПроблемы квалификации организации преступного сообщества (преступной организации) // Российский следователь. 2008. № 10.

«Российская газета» публикует постановление пленума Верховного суда России, которое ориентирует суды реже применять аресты и чаще — гуманные меры. Например, залог.
Пленум Верховного суда России напомнил, что арест — исключительная мера и должна применяться только в случае, когда иное не подойдет. Но сегодня можно, например, назначить человеку залог и установить набор запретов.
По данным Федеральной службы исполнения наказаний на 1 июня, в СИЗО находились 98,8 тысячи арестантов. В конце прошлого года впервые численность арестантов в СИЗО упала ниже отметки в 100 тысяч и пока еще держится ниже черты. Но, прямо скажем, на данный момент удерживать достижение помог коронавирус. В апреле, в самый разгар самоизоляции, количество арестантов в следственных изоляторах сократилось почти на 900 человек.
Возврат к прежнему режиму жизни не означает, что и двери тюрем можно широко распахивать. Дело не в вирусе: арест должен быть исключительной мерой.
Теперь, как строго указал Верховный суд, люди в мантиях, рассматривая ходатайства об аресте, должны задумываться: нельзя ли применить другую меру. Даже если защита не решилась сама произнести вслух заветные слова «домашний арест» или «залог», суд обязан вспомнить об этих мерах. Если же, на взгляд суда, в данном конкретном случае они неуместны, это надо будет обосновать.
«Разъяснения пленума Верховного суда России ориентируют суды на более широкое применение альтернативных мер пресечения: домашнего ареста, залога, запрета определенных действий, —подчеркнул председатель Правления Ассоциации юристов России Владимир Груздев. — Последняя мера является относительно новой: статья «Запрет определенных действий» появилась в УПК весной 2018 года. Она дает полномочия суду устанавливать подследственному определенный набор запретов».
По его словам, закон сделал систему мер пресечения более гибкой и эффективной. Запреты в разных вариациях смогут применять как отдельно, так и в качестве дополнения к другим мерам -залогу и домашнему аресту.
Как уточняет пленум, если человек обвиняется в преступлении небольшой тяжести, суд вправе взять под стражу не просто в исключительных случаях, но еще и при условии, что наряду с обычными основаниями, предусмотренными УПК, имеются дополнительные обстоятельства. Например: подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории нашей страны, его личность не установлена, он скрывался от органов предварительного расследования или от суда и т.п
А если человек уже оказался в СИЗО, арест нельзя продлевать автоматически. Следователь, желающий подержать в казенном доме обвиняемого еще какое-то время, обязан подробно отчитаться перед судом: что было сделано, пока гражданин сидел в камере. Если следствие раз за разом просит продлить арест, ссылаясь на необходимость провести какие-то следственные действия, например, очные ставки, суд должен разобраться, а что помешало сделать это раньше? К тому же сама по себе необходимость проведения новых допросов не может быть достаточным основанием для продления ареста.
«Пока на практике достаточно редко применяется такая мера пресечения, как залог, — заметил председатель Правления АЮР Владимир Груздев. — По данным Судебного департамента при Верховном суде России, за год было рассмотрено более 104 тысяч ходатайств об избрании меры пресечения в виде взятия под стражу, и 86 раз суды, отклонив просьбу следствия об аресте, назначали залог. При этом домашний арест вместо направления человека в СИЗО судом выбирался 3,5 тысячи раз».
Теперь разъяснения Верховного суда прямо ориентируют нижестоящие инстанции на то, что судам при рассмотрении ходатайств об избрании мер пресечения в виде домашнего ареста и заключения под стражу, а также о продлении срока применения данных мер следует обсуждать возможность применения к подозреваемому или обвиняемому залога при наличии к тому оснований. Вместе с тем суд не ограничен в праве вынести данный вопрос на обсуждение сторон и по своей инициативе.
Если суд придет к выводу, что назначение залога само по себе недостаточно для достижения цели применения меры пресечения, он, как напоминает пленум Верховного суда, вправе дополнительно возложить на подозреваемого или обвиняемого обязанности по соблюдению одного или нескольких запретов. Если же суд по результатам обсуждения возможности применения к подозреваемому или обвиняемому залога признал необходимым избрание более строгой меры пресечения, то в судебном решении должны быть приведены мотивы, по которым суд посчитал применение залога невозможным. При этом недопустимо привязывать размер залога к сумме вменяемого обвиняемому ущерба.
«Подобные правовые позиции, как ожидается, позволят расширить применение гуманных мер пресечения и снизить количество арестов», — подытожил Владимир Груздев.
Отдельно в постановлении прописаны защитные меры для предпринимателей. Когда следствие просит арестовать предпринимателя по обвинению в мошенничестве, судам необходимо особо проверять, что предполагаемое преступление не связано напрямую с предпринимательской деятельностью. Если речь идет о возможном экономическом преступлении, то арест не полагается.
Суды, решая вопрос об аресте, должны будут изучать, нельзя ли назначить обвиняемому вместо этого домашний арест или залог
Также пленум защитил сотрудников, в том числе референтов и ближайших помощников высоких руководителей от уголовной ответственности за выполнение распоряжений начальства. Но человека не накажут лишь в том случае, если он действовал добросовестно, не осознавая, что участвует в преступных схемах. Эти разъяснения касаются уже рассмотрения уголовных дел.
Допустим, помощник руководителя переслал по электронной почте какой-то документ, или, по поручению начальства, договорился о времени переговоров с руководителями другой фирмы. А на переговорах обсуждались как раз преступные схемы. Если подчиненный был не в курсе происходящего, он не должен отвечать.

Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, как назначать наказание в виде принудительных работ.

Отмечается, в частности, что принудительные работы применяются как альтернатива лишению свободы лишь в случаях, когда совершено преступление небольшой или средней тяжести либо впервые тяжкое преступление и только когда данный вид наказания наряду с лишением свободы прямо предусмотрен санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ. В случаях, когда осужденному в силу требований закона не может быть назначено наказание в виде лишения свободы, принудительные работы также не назначаются.

При постановлении обвинительного приговора суд обязан разрешить вопрос о том, имеются ли основания для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами. При наличии таких оснований суд должен привести мотивы, по которым пришел к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в местах лишения свободы и применения положений статьи 53.1 УК РФ. В резолютивной части приговора вначале следует указать на назначение наказания в виде лишения свободы на определенный срок, а затем на замену лишения свободы принудительными работами. При замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе и в качестве обязательного, не назначается. Суд, заменив лишение свободы принудительными работами, должен решить вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ к принудительным работам.

При замене наказания в случае злостного уклонения от его отбывания в порядке исполнения приговора, штраф, обязательные работы, исправительные работы, ограничение свободы заменяются принудительными работами без предварительной замены лишением свободы. Принудительные работы могут быть также применены при замене неотбытой части наказания в виде лишения свободы. В этих случаях принудительные работы применяются судом независимо от того, предусмотрено ли данное наказание санкцией статьи Особенной части УК РФ, по которой было назначено заменяемое наказание. Данное правило не распространяется на замену штрафа в размере, исчисляемом исходя из величины, кратной стоимости предмета или сумме коммерческого подкупа или взятки, назначенного в качестве основного вида наказания.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *