Постановление пленума о наследстве

Верховный Суд РФ в 2012 году один из своих пленумов посвятил рассмотрению дел о наследовании. Исследование практики применения Постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2012 № 9 за эти годы позволяет сделать вывод о том, что суды толкуют его положения довольно неоднозначно, а это создает неопределенность применения правовых норм, в частности положений о разделе между наследниками недвижимого имущества, последствий недействительности сделки при появлении нового наследника, а также порядка рассмотрения судами взаимоисключающих требований.

Получение свидетельства и раздел имущества

В соответствии с п. 51 Постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (далее – Пленум ВС РФ № 9) запрещается заключение соглашения о разделе наследства, в состав которого входит недвижимое имущество, до получения соответствующими наследниками свидетельства о праве на наследство.

Намечается тенденция расширительного толкования п. 51 Пленума ВС РФ № 9 и п. 2 ст. 1165 ГК РФ в части невозможности до получения свидетельства о праве на наследство раздела недвижимого наследственного имущества в суде.

В Обобщении судебной практики Архангельского областного суда по спорам о признании права собственности в порядке наследования на 1-е полугодие 2015 года на примере гражданского дела № 2-1099/2014, рассмотренного Приморским районным судом Архангельской области, указывается, что если наследниками не получены свидетельства о праве на наследство на недвижимое наследственное имущество, то оснований для раздела этого имущества в судебном порядке не имеется. Это обосновывается так: несмотря на то, что общая долевая собственность наследников возникает со дня открытия наследства, раздел имущества предполагает прекращение права общей долевой собственности, который возможен только после получения соответствующих правоустанавливающих документов, подтверждающих, что стороны являются участниками общей долевой собственности. Также указано, что обсуждение вопроса о разделе наследственного имущества и, следовательно, преимущественного права одного наследника перед другим в отношении того или иного имущества возможно только после подтверждения, что указанные лица являются участниками общей долевой собственности данного имущества, то есть только после получения свидетельств о праве на наследство на него.

Подобный подход заслуживает критического отношения.

В литературе отнесение свидетельства о праве на наследство к правоустанавливающим документам не является общепризнанным. Более обоснованной является точка зрения о том, что свидетельство о праве на наследство является не правоустанавливающим, а правоподтверждающим документом и его получение – это право, а не обязанность наследника. Поскольку право собственности у наследника на недвижимое имущество возникает в силу закона (п. 4 ст. 1152 ГК РФ), суд самостоятельно при разрешении спора определяет круг наследников, состав наследственного имущества и выносит решение о правах конкретных наследников на конкретное имущества в результате раздела. Причин, по которым суду для разрешения спора необходим документ, отражающий результат аналитической деятельности нотариуса, не имеется. Кроме того, такой подход не учитываетпресекательный срок реализации прав, предусмотренных ст. 1165–1170 ГК РФ. Согласно ч. 2 ст. 1164 ГК РФ и разъяснениям, изложенным в п. 51 Пленума ВС РФ № 9, раздел наследственного имущества, поступившего в долевую собственность наследников, производится в течение трех лет со дня открытия наследства по правилам ст. 1165–1170 ГК РФ.

В Определении ВС РФ от 13.01.2015 № 8-КГ14-7 подтверждено, что закон не предусматривает оснований для восстановления пропущенного трехлетнего срока для реализации права наследника на преимущественное получение в счет своей доли из состава наследства тех или иных предметов.

С учетом тогочто ст. 1165–1170 ГК РФ реализация преимущественного права наследника не связывается с получением свидетельства о праве на наследство у нотариуса, раздел недвижимого наследственного имущества в судебном порядке возможен и до получения свидетельства о праве на наследство. Иной подход не является обоснованным.

Новый наследник и недействительность сделки

В силу п. 42 Пленума ВС РФ № 9, если при принятии наследства после истечения установленного срока с соблюдением правил ст. 1155 ГК РФ возврат наследственного имущества в натуре невозможен из-за отсутствия у наследника, своевременно принявшего наследство, соответствующего имущества, независимо от причин, по которым наступила невозможность его возврата в натуре, наследник, принявший наследство после истечения установленного срока, имеет право лишь на денежную компенсацию своей доли в наследстве (при принятии наследства по истечении установленного срока с согласия других наследников – при условии, что иное не предусмотрено заключенным в письменной форме соглашением между наследниками). В этом случае действительная стоимость наследственного имущества оценивается на момент его приобретения, то есть на день открытия наследства (ст. 1105 ГК РФ).

В судебной практике данное положение о недопустимости признания сделки недействительной получает распространение и в случае, когда появляется наследник, фактически принявший наследство, но не обратившийся своевременно к нотариусу. Основанием для отказа является то, что распоряжение наследственным имуществом в случае обнаружения иных наследников, претендующих на него, даже в случае обоснованности таких требований не является основанием для признания сделки недействительной, а только лишь для взыскания в качестве неосновательного обогащения стоимости причитающейся такому наследнику доли в наследственном имуществе.

Положение п. 42 Пленума ВС РФ № 9 применяется в трактовке «в случае обнаружения иных наследников», под которой понимаются не только наследники, восстанавливающие срок для принятия наследства, но и наследники, подтверждающие фактическое вступление в наследство в суде после выдачи свидетельства о праве на наследство.

В Апелляционном определении Пензенского областного суда от 18.03.2014 по делу № 33-665 суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования К. Е. к К. А., К. Е., К. Н. об установлении факта принятия наследства, открывшегося после смерти наследодателя, обоснованно принял во внимание, что К. Е. наследство, открывшееся после смерти матери К. М., фактически принял. Отказывая в признании недействительным договора дарения и признании за истцом права собственности на 1/2 долю в праве на дом, суд со ссылкой на п. 42 Пленума № 9 указал, что на момент заключения оспариваемого договора К. А. действовал как единственный наследник, вступивший в права наследования, и даритель, являясь титульным владельцем спорного имущества; его право не было прекращено или оспорено на момент заключения названной сделки.

Из Апелляционного определения Волгоградского областного суда от 02.07.2015 по делу № 33-7465/2015 доводы подателя жалобы о том, что истец является наследником, своевременно принявшим наследство, а разъяснение п. 42 Пленума ВС РФ № 9 распространяется на лиц, принявших наследство после истечения установленного срока, признаны несостоятельными.

Следовательно, при подобном подходе надлежащий способ защиты права в подобной ситуации – требования из неосновательного обогащения, а не признание сделки недействительной и реституция, поскольку подобная ситуация не подпадает под перечень нарушений, установленных ст. 166 ГК РФ.

Подобная практика может быть поддержана в целях защиты интересов добросовестных сторон сделки и обеспечения стабильности гражданского оборота, полагающихся на данные реестра прав на недвижимое имущество.

Взаимоисключающие требования

В пункте 41 Пленума ВС РФ № 9 указано, что при вынесении решения о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство суд обязан определить доли всех наследников в наследственном имуществе и принять меры по защите прав нового наследника на получение причитающейся ему доли наследства (при необходимости), а также признать недействительными ранее выданные свидетельства о праве на наследство (в соответствующих случаях – лишь в части).

Отмечается, что в самой норме ч. 1 ст. 1155 ГК РФ заложено противоречие в словах законодателя: «Суд может восстановить срок и признать наследника принявшим наследство»1. Вследствие этого данные требования нередко необоснованно отождествляются судами с требованием о признании права собственности наследника в связи с фактическим принятием наследства.

В Определении ВС РФ от 24.07.2012 № 18-КГ12-10 обращалось внимание на то, что требования о восстановлении ему срока для принятия наследства и признании его фактически принявшим наследство носят взаимоисключающий характер, поскольку, в случае если заявитель принял фактически наследство, он не мог пропустить срок для его принятия, и наоборот: в случае пропуска срока для принятия наследства оно не может быть принято фактически.

Это означает, что если наследнику отказано в восстановлении срока на принятие наследства, то повторный спор о фактическом принятии наследства исключается.

В Апелляционном определении Архангельского областного суда от 10.08.2015 по делу № 33-3655/2015, отменяя решения суда первой инстанции о признании права собственности за наследником в связи с фактическим принятием наследства, судебная коллегия обоснованно посчитала, что истец, ранее обращаясь в суд с иском о восстановлении срока принятия наследства, указывал, что не знал об открытии наследства, однако ни одним из способов для принятия наследства в установленный срок не воспользовался, в том числе в спорном доме не проживал, расходов на его содержание не нес, каких-либо вещей из дома не забирал.

Но в ряде случаев суды даже после отказа в требованиях наследнику о восстановлении срока для принятия наследства рассматривают требования по основаниям фактического принятия наследства.

В Апелляционном определении Псковского областного суда от 30.10.2012 по делу № 33-1709 указывалось: тот факт, что истец сначала предъявил в суд иск о восстановлении срока для принятия наследства и только после отказа в удовлетворении этого иска заявил о фактическом принятии наследства, сам по себе опровержением его доводов о совершении действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, не является.

В Определении Санкт-Петербургского городского суда от 13.07.2011 № 33-10623/2011, отказывая в иске о восстановлении срока для принятия наследства ввиду отсутствия доказательств уважительности причин, послуживших основанием для пропуска установленного законом срока, суд указал, что истец не лишен возможности обратиться в суд с заявлением об установлении факта принятия наследства.

Такой подход нельзя считать правильным. Однако проблема состоит не столько в отождествлении требований, сколько в определении юридически значимых обстоятельств дела. Суды не дают надлежащую квалификацию способу защиты, указанному наследником, и исходят из неверного представления о том, что не требует судебной проверки и оценки по делу о восстановлении срока для принятия наследства совершение наследником в пределах шестимесячного срока со дня открытия наследства действий по фактическому принятию наследства, так как данные обстоятельства не имеют значения для дела о восстановлении срока. Ошибочно не учитывается, что решающим обстоятельством является не способ защиты права, указанный наследником, а надлежащий учет всех обстоятельств дела.

В пункте 3 Постановления Пленума ВС РФ № 10, Постановления Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 указано, что, если избранный способ защиты права собственности не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения. На стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд не лишен права уточнить конкретные обстоятельства нарушения права. Под уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, следует понимать действия судьи и лиц, участвующих в деле, по определению юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению. В случае заблуждения сторон относительно фактов, имеющих значение, судья на основании норм материального права, подлежащих применению, разъясняет им, какие факты имеют значение для дела и на ком лежит обязанность их доказывать (п. 5 Постановления Пленума ВС РФ от 24.06.2008 № 11).

Стоит согласиться с тем, что, когда суд переквалифицирует исковое требование, иск не претерпевает метаморфозы и меняется лишь способ защиты гражданских прав2. Рассмотрение спора о восстановлении срока принятия наследства должно осуществляться в полном объеме с оценкой всех имеющих значение обстоятельств дела, включая наличие доказательств, указывающих на фактическое принятие наследства наследником, и не допускать повторные судебные разбирательства в связи с ненадлежащим способом защиты, указанным истцом.

1 Магомедова З. Восстановление срока для принятия наследства: процессуальные проблемы правоприменительной практики // Бюллетень нотариальной практики, 2004, № 5.

2 Анциперова А., Нестолий В. Три правила переквалификации иска // эж-ЮРИСТ. 2012. № 50.

В постановлении от 13 марта 2020 года по делу № 314/2550/17 ВС определил, когда срок принятия наследства будет считаться пропущенным по уважительным причинам.

Для построения выигрышной стратегии защиты клиента в суде существуют современные диджитал-сервисы, которые помогают облегчить работу адвоката.

Аналитическая система анализа судебных решений Verdictum предоставляет доступ к 85 млн судебных решений и помогает оперативно выучить позицию конкретного судьи и коллег в похожих делах. Кроме этого система предоставляет доступ к расписанию судебных заседаний и загруженности судей. Получите доступ к Verdictum, пока действует скидка 20% (скидка действует только в мае)

Обстоятельства дела

Истец (наследник) обратилась в суд с иском об продлении срока для принятия наследства.

При жизни наследодатель составил завещание, согласно которого завещал истцу земельный участок. Наследник не проживал вместе с наследодателем.

Истец родила ребенка и была занята постоянным уходом за ним. Кроме того, в период, когда можно было принять наследство, истец находилась на стационарном лечении.

Указанные обстоятельства сделали невозможным принятие ею наследства в установленный законом срок.

Наследник обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако нотариус отказал ей в выдаче свидетельства о праве на наследство из-за пропуска шестимесячного срока для его принятия.

Ссылаясь на то, что причина пропуска срока на принятие наследства является уважительной, просила дать ей дополнительный срок в один месяц для принятия наследства.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении иска отказано. Апелляционный суд отменил это решение, удовлетворив иск истца.

Позиция Верховного Суда

ВС согласился с решением апелляционного суда, учитывая следующее.

Пленум Верховного Суда Украины в пункте 24 постановления от 30 мая 2008 года № 7 «О судебной практике по делам о наследовании» судам разъяснил, что, решая вопрос определения лицу дополнительного срока, суд исследует уважительность причины пропуска срока для принятия наследства. При этом необходимо исходить из того, что уважительными являются причины, связанные с объективными, непреодолимыми, существенными трудностями для наследника на совершение этих действий.

Уважительными причинами пропуска срока признаются, в частности:

1) длительная болезнь наследников;

2) большое расстояние между постоянным местом жительства наследников и местом нахождения наследственного имущества;

3) сложных условия труда, которые, в частности, связаны с длительными командировками, в том числе заграничными;

4) пребывание наследников на срочной службе в составе Вооруженных Сил Украины;

5) неосведомленность наследников о наличии завещания и тому подобное.

Судами установлено, что шестимесячный срок для принятия наследства после умершего прошел 25 февраля 2017 года, а в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства истец обратилась 30 марта 2017 года.

Суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному заключению о наличии оснований для удовлетворения иска об определении дополнительного срока для подачи заявления о принятии наследства после умершего, признав рождение ребенка наследником незадолго до смерти наследодателя, ее лечения в условиях стационара в период срока для подачи заявления о принятии наследства, уважительными причинами, и такими, которые создают существенные трудности для обращения к нотариусу с заявлением о принятии наследства.

Для построения выигрышной стратегии защиты в суде необходимо много времени уделять изучению правовых прецедентов и норм права. ЛІГА:ЗАКОН разработала комплексное решение LIGA360:АДВОКАТ, которое объединяет главные инструменты для эффективной работы адвоката в едином рабочем пространстве. Кроме удобного доступа к наибольшей базе НПА, судебным решениям и информации о компаниях и предпринимателях, вы получаете ряд дополнительных преимуществ: оповещение об изменениях в законодательном поле, новые судебные решения, состояние контрагентов; создание базы полезных ссылок; персональную ленту новостей по выбранным темам и источникам. Попробуйте в мае со скидкой 30 %.

ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 15 мая 2012 г. под председательством В.М.Лебедева — Председателя Верховного Суда Российской Федерации состоялось заседание Пленума Верховного Суда Российской Федерации, который обсудил проект постановления «О судебной практике по делам о наследовании». С докладом выступил председатель судебного состава, судья Верховного Суда Российской Федерации В.В.Горшков. Передача из поколения в поколение имущества, отметил он, было и есть факт не только общественного бытия, но и общественного сознания. Чем разумнее и четче урегулированы вопросы, возникающие из наследственных правоотношений, тем увереннее чувствует себя современный гражданин. Такой способ приобретения имущества, как его наследование, существовал на протяжении всей истории человечества, и в течение всего этого времени механизм наследования неуклонно видоизменялся и совершенствовался. Основанное на традициях и тесно связанное с культурой различных стран и народов наследственное право во все времена оказывало существенное влияние на развитие общества и на уровень стабильности государства. Изменение экономических условий, утверждение частной собственности граждан и ее защита со стороны государства, гарантированная Конституцией Российской Федерации, стали основанием к принятию части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации, включающей раздел «Наследственное право». Принятием данного закона решались вопросы обеспечения права собственности путем его преемства, максимальной защиты воли наследодателя, прав наследников. Впервые в истории отечественного законодательства было раскрыто понятие наследования и описаны признаки наследственного преемства. Отношения собственности, вещных прав находились в это время в стадии становления, первичного оформления, сокращался объем государственной собственности и увеличивался объем собственности частной. Имущество, которым обладали граждане, было незначительным и однородным. В 2002 году, когда вступила в силу часть третья Гражданского кодекса Российской Федерации, судами было окончено 45 783 гражданских дела по спорам, связанным с наследованием имущества. Сумма, присужденная к взысканию, составила 45 млн. рублей. В настоящее время количество споров, связанных с наследованием имущества, значительно увеличилось. По сравнению с 2002 годом количество дел данной категории, рассмотренных судами в 2011 году, возросло на 184 процента и составило 130 тысяч дел. Сумма, присужденная к взысканию, уже достигла 488 млн. рублей. Увеличение количества споров, связанных с наследованием имущества, было определено развитием рыночных отношений, возможностью иметь имущество, которое ранее граждане не могли иметь в собственности или оборот которого был ограничен — квартиры, дома, земля, акции, доли в обществах, предприятия, имущественные обязательства. Положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законы, регулирующие отношения собственности и вещные права, как показала в том числе и судебная практика, нуждаются в дополнении и детализации, и как следствие, порождают споры при переходе этих прав при наследовании. Внесение кардинальных изменений в раздел «Наследственное право» в настоящее время не предвидится. Именно поэтому данное постановление, проект которого внесен на рассмотрение Пленума, ожидаемо судами и позволит формировать единообразную судебную практику, а также создать условия, при которых споры будут разрешаться во внесудебном порядке (уже при оформлении наследственных прав в нотариальном порядке). Работа над настоящим постановлением — это очередной этап, продолжение работы по совершенствованию правоприменительной практики, складывающейся в данных отношениях, и формированию эффективного и единообразного применения закона, защищающего права граждан. Предлагаемый проект подготовлен на основе анализа вопросов, связанных с применением норм раздела «Наследственное право» части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации, которые поступили из судов, заинтересованных министерств и ведомств, научных и учебных учреждений, от граждан. Все вопросы были проанализированы разработчиками данного проекта, в состав которых вошли представители Верховного Суда Российской Федерации, Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Министерства юстиции Российской Федерации, Федеральной нотариальной палаты, Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, Российской академии правосудия. Подготовленный по итогам работы проект постановления направлялся для замечаний и предложений в суды, Государственно-правовое управление Президента Российской Федерации, Генеральную прокуратуру Российской Федерации, Министерство юстиции Российской Федерации, в высшие учебные заведения — Санкт-Петербургский государственный университет, Московскую государственную юридическую академию, Уральскую государственную юридическую академию, а также в Федеральную нотариальную палату, Московскую городскую нотариальную палату, ученым, занимающимся вопросами наследования отдельных видов прав. Проект постановления обсуждался в Судебных коллегиях по гражданским делам и по административным делам Верховного Суда Российской Федерации, на заседании Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации. В ходе обсуждения на проект постановления поступило около 500 предложений и замечаний, которые максимально учтены разработчиками проекта в доработанном и представленном на рассмотрение Пленума Верховного Суда Российской Федерации документе. Структурно проект постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации состоит из 12 разделов, которые совпадают со структурой Гражданского кодекса Российской Федерации, что делает его удобным для использования судами. Выступивший в прениях по докладу судья Иркутского областного суда С.С.Амосов подчеркнул, что за последние годы возросла ценность наследственного права, которая выражается в поддержании стабильности жизни, сохранении семейных устоев, материальном обеспечении будущих поколений. Сложность положений о наследовании, содержащихся в части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации, которая действует уже 10 лет, обусловлена снятием ранее действовавших ограничений на количество и виды имущества, которое может находиться в собственности граждан, уменьшением количества случаев, когда к наследованию призывается государство. Рассматривая споры о наследстве, суды испытывают затруднения, которые необходимо преодолевать путем разъяснения норм закона. Принятие постановления «О судебной практике по делам о наследовании» — это государственное дело. Разъяснений, которые в нем изложены, ждет не только судейское сообщество, прежде всего их ждут люди, ради которых и формируется правоприменительная практика. Очевидно, что при подготовке проекта этого постановления проведена колоссальная работа, предложенные в нем формулировки выверены, они соответствуют духу и букве закона. Судья Липецкого областного суда Н.И.Захаров в своем выступлении отметил, что обсуждаемый проект постановления Пленума будет играть важную роль в практике судов, поможет судьям при рассмотрении дел, обеспечит единство судебной практики, чтобы федеральное законодательство, регулирующее данные правоотношения, применялось всеми судами Российской Федерации правильно, единообразно и в строгом соответствии с разъяснениями, содержащимися в обсуждаемом проекте постановления. Необходимость разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам наследования объясняется и тем, что законодательство в различных отраслях гражданского права значительно усложняется, сфера его действия расширяется. В практике рассмотрения дел, связанных с наследственным имуществом, возникают новые, все более сложные, требующие правильного разрешения гражданские дела, решения по которым отражаются на правах и обязанностях конкретного человека — как правило, наследника того или иного имущества. Разобраться в этой непростой системе правовых актов, правильно разрешить многочисленные коллизии между нормативно-правовыми актами, обстоятельствами по конкретным делам зачастую на практике очень сложно. Это порождает большие трудности, приводит к ошибкам и негативно отражается на возможности граждан реализовать принадлежащие им законные права на получение наследства. Одним из способов обеспечения единства практики судов общей юрисдикции и является принятие Пленумом Верховного Суда Российской Федерации постановления, содержащего разъяснения по вопросам применения законодательства о наследовании. Судьи Липецкой области изучили проект постановления в предложенной редакции, представили свои предложения по каждому из пунктов, часть из которых нашла отражение в окончательной редакции обсуждаемого документа. В проекте постановления Пленума отражены ответы на основные вопросы применения судами положений Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих наследственные правоотношения, его разъяснения основаны на уже наработанной практике, в нем даны все необходимые направления. Тем не менее некоторые пункты постановления могут быть дополнены, редакция отдельных пунктов требует некоторых уточнений. В выступлении нотариуса из г. Екатеринбурга, вице-президента Федеральной нотариальной палаты, заведующего кафедрой гражданского процесса Уральской государственной юридической академии, доктора юридических наук, профессора В.В.Яркова было отмечено, что представители нотариата принимали активное участие на всех этапах работы над проектом постановления Пленума. Обсуждаемый документ, по мнению Федеральной нотариальной палаты, является прекрасно сбалансированным, отражает все основные вопросы, возникающие в судебной и нотариальной практике по наследственным делам. Федеральная нотариальная палата поддерживает проект и рекомендует его принять в связи с тем, что есть большая потребность в разъяснениях Пленума и для нотариальной практики, и для граждан, ради которых и установлены все правила о наследовании. В судах действительно рассматривается 130 тысяч наследственных дел, но нотариальная статистика показывает, что в прошлом году было выдано 3 380 442 свидетельства о праве на наследство, из них примерно 20 процентов выданы по завещанию, остальные — по закону. Это показывает, что значительная часть наследственных правоотношений оформляется в бесспорном порядке и не доходит до суда. Также нотариусами было удостоверено примерно 692 тысячи завещаний. Это тоже большая сфера бесспорной юрисдикции. По нашей статистике в прошлом году нотариусы вынесли 38 538 постановлений об отказе в совершении тех или иных нотариальных действий. Эта статистика не показывает, сколько из них связано с наследством, но есть данные, что только 2294 постановления было оспорено в суде. Граждане в основном соглашаются с обоснованностью такого рода отказов, и удовлетворение по ним составляет примерно 50 процентов. В заключении В.В.Ярков выразил уверенность в том, что постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации по обсуждаемой проблеме послужит целям скорейшего внесения большей определенности в имущественные отношения. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации С.Г.Кехлеров отметил, что, по мнению Генеральной прокуратуры Российской Федерации, разработчикам удалось выработать наиболее удачный и детальный проект постановления, который интересно построен структурно — совпадает с частью третьей Гражданского кодекса Российской Федерации. Постановление Пленума после его принятия поможет не только нотариусам, которые ежедневно сталкиваются с вопросами оформления наследства, судьям, которые разрешают эти споры, но в первую очередь поможет нашим гражданам. Это постановление будет полезно и для прокуроров, когда к ним обращаются граждане, которые по тем или иным причинам не могут сами защитить свои права в этой части. Генеральная прокуратура Российской Федерации благодарит рабочую группу и поддерживает представленный проект постановления. В прениях по докладу выступили также Д.В.Костенников — статс-секретарь — заместитель Министра юстиции Российской Федерации и К.Б.Ярошенко — главный научный сотрудник отдела гражданского законодательства и процесса Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, член Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор. В работе Пленума приняли участие также А.Г.Лысков — полномочный представитель Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации, В.А.Поневежский — член Комитета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству, М.М.Капура — член Комитета Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации по конституционному законодательству, правовым и судебным вопросам, развитию гражданского общества. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О внесении изменения в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2000 г. N 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» принято 22 мая 2012 г. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о наследовании» принято 29 мая 2012 г. ____________

ПАО «Сбербанк России» обратилось в суд с иском к администрации МР «Томпонский район» о взыскании задолженности из стоимости наследственного имущества, ссылаясь на то, что П-ская Е.П. на основании двух кредитных договоров, заключенных между сторонами, получила денежные средства под 21,10% годовых. В сентябре 2017 года ответчик умерла. Согласно информации, представленной на сайте Федеральной Нотариальной палаты по данным ЕИС нотариата РФ, наследственное дело к имуществу в нотариальных конторах не найдено. Истец предполагает, что заемщик мог являться собственником жилого помещения, которое после ее смерти в силу п. 2 ст. 1151 ГК РФ могло перейти в собственность администрации МР «Томпонский район». Учитывая, что сведений о принявших наследство наследниках не имеется, следует полагать, что помещение является выморочным, которое в порядке наследования перешло в собственность муниципального района.

В связи с указанными обстоятельствами просили взыскать с ответчика в пользу истца общую задолженность по указанным кредитным договорам в размере 344 169,78 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 641,70 руб.

Не согласившись с требованиями истца, представитель ответчика представил в суд отзыв, которым просил исключить администрацию МР «Томпонский район» из числа ответчиков как ненадлежащего.

В ходе судебного разбирательства истец представил ходатайство о замене ненадлежащего ответчика на надлежащего – ФАУГИ в лице ТУ Росимущества в РС (Я). Кроме того, уточнил исковые требования, просил взыскать с ФАУГИ в лице ТУ Росимущества в РС (Я) в пользу истца задолженность по кредитным договорам в размере 17 595,27 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 704 руб., ссылаясь на то, что из выписки по счету П-кой Е.П. следует, что в настоящее время на счете находятся денежные средства в указанном размере, что достаточно для погашения задолженности.

Определением Томпонского районного суда РС (Я) от 15 марта 2019 года произведена замена ненадлежащего ответчика надлежащим ответчиком в лице Федерального агентства по управлению государственным имуществом в лице Территориального Управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Саха (Якутия) (далее ТУ ФАУГИ в РС (Я).

Не согласившись с требованиями истца, представитель ТУ ФАУГИ в РС (Я) просил в иске отказать в полном объеме, поскольку истцом не предприняты все действия по установлению всех наследников, наличия наследуемого имущества, а также не представлены доказательства отказа от наследства, отстранения от наследования либо того, что наследники не приняли наследство.

Судом 1 инстанции в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с данным решением суда, представитель истца обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении иска ввиду неправильного применения норм материального и процессуального права. Выводы суда, изложенные в решении суда, не соответствуют обстоятельствам дела. В обоснование жалобы указал, что для приобретения выморочного имущества принятие наследства не требуется, неполучение свидетельства о праве на наследство не освобождает наследников, приобретших наследство, в том числе, при наследовании выморочного имущества, от возникших в связи с этим обязанностей.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, возражения на жалобу, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из того, что поскольку отсутствует доказательства, подтверждающие переход наследственного имущества к государству, требования истца о взыскании с ТУ ФАУГИ в РС (Я) о взыскании задолженности из стоимости наследственного имущества задолженности по обязательствам умершей П-кой Е.П. преждевременны.

Между тем, судебная коллегия с данным выводом суда согласиться не может по следующим основаниям.

В силу разъяснений, данных в п. п. 59, 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» смерть должника не является обстоятельством, влекущим досрочное исполнение его обязательств наследниками; наследник должника по кредитному договору обязан возвратить кредитору полученную наследодателем денежную сумму и уплатить проценты на нее в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа; ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства.

Согласно п. 1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу п. 1 ст. 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (ст. 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Как разъяснено в п. 14 указанного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (ст. 128 Гражданского кодекса Российской Федерации); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (п. 1 ст. 1175 ГК РФ).

Согласно ст. 1151 ГК РФ в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным (п. 1).

В порядке наследования по закону в собственность городского или сельского поселения, муниципального района (в части межселенных территорий) либо городского округа переходит следующее выморочное имущество, находящееся на соответствующей территории: жилое помещение; земельный участок, а также расположенные на нем здания, сооружения, иные объекты недвижимого имущества; доля в праве общей долевой собственности на указанные в абзацах втором и третьем настоящего пункта объекты недвижимого имущества. Иное выморочное имущество переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации (п. 2).

Порядок наследования и учета выморочного имущества, переходящего в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации, а также порядок передачи его в собственность субъектов Российской Федерации или в собственность муниципальных образований определяется законом (п. 3), однако в настоящее время положения закона, регулирующего порядок наследования и учета выморочного имущества, переходящего в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации отсутствуют.

В силу п. 1 ст. 1157 ГК РФ при наследовании выморочного имущества отказ от наследства не допускается.

Согласно п. 1 и п. 4 ст. 1152 ГК РФ для приобретения выморочного имущества (ст. 1151) принятие наследства не требуется.

Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Согласно разъяснениям, данным в п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» дано разъяснение о том, что выморочное имущество, при наследовании которого отказ от наследства не допускается, со дня открытия наследства переходит в порядке наследования по закону в собственность соответственно Российской Федерации (любое выморочное имущество, в том числе невостребованная земельная доля, за исключением расположенных на адрес жилых помещений), муниципального образования, города федерального значения Москвы или Санкт-Петербурга (выморочное имущество в виде расположенного на соответствующей территории жилого помещения) в силу фактов, указанных в пункте 1 статьи 1151 ГК РФ, без акта принятия наследства, а также вне зависимости от оформления наследственных прав и их государственной регистрации.

В пункте 60 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства, а также Российская Федерация, города федерального значения Москва и Санкт-Петербург или муниципальные образования, в собственность которых переходит выморочное имущество в порядке наследования по закону.

Неполучение свидетельства о праве на наследство не освобождает наследников, приобретших наследство, в том числе при наследовании выморочного имущества, от возникших в связи с этим обязанностей (выплаты долгов наследодателя, исполнения завещательного отказа, возложения и т.п.) (п. 49).

Поскольку судом установлено и подтверждено материалами дела, что с момента смерти наследодателя до настоящего времени никто не обратился за принятием наследства и не имеется сведений о фактическом принятии наследства, то имущество, оставшееся после смерти П-кой Е.П., является выморочным, а ответственность по ее долгам в силу положений вышеперечисленных правовых норм и разъяснений по их применению несет ТУ ФАУГИ в РС (Я) в пределах стоимости наследственного имущества.

В связи с этим по данному делу одним из юридически значимых и подлежащих доказыванию обстоятельств с учетом положений законодательства об ответственности наследников по долгам наследодателя являлось выяснение вопроса о составе наследственного имущества и его стоимости (данная позиция отражена в Определении Верховного Суда РФ от 24.11.2015 г. № 14-КГ15-12, Определении Верховного Суда РФ от 26.06.2018 г. № 46-КГ18-23).

Между тем, суд первой инстанций в нарушение ч. 2 ст. 56 ГПК РФ не определил указанное обстоятельство в качестве юридически значимого для правильного разрешения спора, и, соответственно, оно не получило правовой оценки суда.

Таким образом, поскольку отсутствие законодательства, регламентирующего порядок наследования и учета выморочного имущества, переходящего в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации и порядка передачи его в собственность субъектов Российской Федерации или в собственность муниципальных образований не может являться основанием для отказа в иске, требования истца правомерны и подлежали удовлетворению.

Исходя из изложенного, принимая во внимание, что наследником, принявшим наследство после смерти П-кой Е.В. является Российская Федерация, стоимость наследственного имущества составляет 17 595,27 руб., судебная коллегия полагает необходимым взыскать с Российской Федерации в пользу задолженность по договору займа в пределах стоимости перешедшего наследственного имущества в указанном размере.

При этом требования о взыскании расходов, понесенных на оплату государственной пошлины в размере 704 руб. удовлетворению не подлежат в силу ст. 103 ГПК РФ и п. 19 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, решение суда подлежит отмене с принятием нового решения о частичном удовлетворении исковых требований ПАО «Сбербанк России» к Федеральному агентству по управлению государственным имуществом в лице Территориального Управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Саха (Якутия) по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ.

12 мая в ходе очередного образовательного вебинара Федеральной палаты адвокатов с лекцией на тему «Процессуальные вопросы наследственных споров» выступил член Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Московской области, кандидат юридических наук Александр Никифоров.

Как пишет пресс-служба ФПА, начиная свое выступление, спикер разделил иски о наследовании на две категории: в которых заявитель просит о восстановлении нарушенного наследственного права и которые вытекают из обязательств наследодателя (не направленные на восстановление нарушенного наследственного права).

Александр Никифоров напомнил, что 29 мая 2012 г. Пленум Верховного Суда РФ вынес Постановление № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», в котором разъяснил процессуальные вопросы рассмотрения наследственных споров. По мнению лектора, нельзя сказать, что высшей судебной инстанции удалось решить все процессуальные аспекты, но, тем не менее, Суд сделал интересные выводы.

Подавляющее большинство наследственных дел, рассматриваемых судами, по словам Александра Никифорова, являются делами искового производства. В то же время, добавил он, истцы в заявлениях зачастую смешивают требования, относящиеся к исковому и особому производствам (к примеру, требования об установлении факта родственных отношений с наследодателем и о признании права собственности в порядке наследования). Несмотря на то что первое требование больше относится к особому производству, оно будет рассматриваться судом как исковое заявление.

В отношении компетенции судов ВС четко указал: все наследственные споры рассматриваются судами общей юрисдикции независимо от субъектного состава участников и состава наследственного имущества, даже если заявление помимо требования из наследственного правоотношения содержит требование, подведомственное арбитражному суду. Верховный Суд, добавил лектор, отдельно подчеркнул, что споры о включении в состав наследственного имущества акций, долей в уставном капитале, паев членов кооперативов, земельных долей, а также о выплате их стоимости рассматриваются судом общей юрисдикции.

Точка в данном вопросе, по словам эксперта, еще не поставлена – в ряде случаев арбитражные суды рассматривают подобные споры, причем, как правило, это споры, касающиеся выплаты наследственной доли. В частности, в 2013 г. Высший Арбитражный Суд РФ указал, что АПК не исключает возможности рассмотрения арбитражными судами споров о выплате действительной стоимости доли. Он пояснил, что вопросы выплаты регулируются не ГК, а Законом об обществах с ограниченной ответственностью. Чуть позднее, в 2016 г., Верховный Суд, рассмотрев дело о переводе на истицу прав и обязанностей приобретателя доли в уставном капитале ООО, указал, что арбитражный суд компетентен рассматривать подобные споры, поскольку речь в них идет не о наследственном споре, а о нарушении прав участников общества. В связи с этим, продолжил Александр Никифоров, определение компетенции суда по рассмотрению таких споров всегда тесно связано с фактическими обстоятельствами спора, поэтому в исковом заявлении важно обосновать, почему выбрано обращение именно в этот суд.

При этом он добавил, что в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что если суд при принятии искового заявления придет к выводу о том, что избранный способ защиты права не обеспечивает его восстановление, это не является основанием для отказа в принятии заявления, его возвращения либо оставления без движения. Также ВС разъяснил, что на стадии подготовки дела суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения норм, подлежащих применению, и должен указать мотивы принятия (непринятия) тех или иных норм. «Пленум Верховного Суда, основываясь на нормах ч. 4 ст. 22 ГПК РФ, подчеркнул, что если в заявлении помимо требования из наследственного правоотношения есть требования, подведомственные арбитражному суду, дело подлежит рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции», – отметил лектор.

Рассматривая вопрос о подсудности наследственных споров, эксперт сообщил, что согласно разъяснениям Верховного Суда они рассматриваются районными или городскими судами. Однако, несмотря на то, что мировые суды из решения наследственных споров исключены, споры, вытекающие из обязательств наследодателя, могут разрешаться и в этих судах, в зависимости от цены иска.

Лектор обратил внимание, что в случае исков кредиторов к наследникам либо к наследственному имуществу применяются правила исключительной подсудности, указанные в п. 2 ст. 30 ГПК РФ: до принятия наследниками наследства они подсудны суду по месту открытия наследства. Если иск предъявляется к наследству, что в настоящее время возможно, суд должен приостановить производство по делу до принятия наследниками наследства.

Александр Никифоров выразил несогласие с мнением о том, что применение данной оговорки возможно лишь при предъявлении иска до вступления наследниками в права наследования. Если они уже вступили в наследство, действует общее правило подсудности (по месту жительства наследника). Спикер пояснил, что наследство считается принадлежащим наследнику с момента открытия наследства, а не тогда, когда он его фактически приобрел, и тем более не с момента его оформления. В ситуации с недвижимым имуществом, подчеркнул лектор, речь всегда будет идти об исключительной подсудности – т.е. спор должен рассматриваться по месту расположения недвижимости. Если возникает спор о правах на наследство, в состав которого входят несколько объектов недвижимости, расположенных на территории юрисдикции разных районных судов, иск может быть подан по месту нахождения одного из этих объектов. При этом не имеет значения, какой объект ценнее.

Что касается оспаривания завещания, добавил Александр Никифоров, такие споры рассматриваются по месту открытия наследства, а если истец просит признать право собственности на недвижимость, то по месту ее нахождения. Это, по мнению спикера, вполне оправданно. Содержание завещания, пояснил он, может ограничиваться единственным указанием, например о лишении наследников по завещанию права на наследство. В завещании может и не быть указания на конкретное имущество. В таком случае логично, что завещание должно оспариваться по месту открытия наследства. Однако если истец дополнительно просит признать за ним право на недвижимость, входящую в состав наследства, подсудность меняется – спор должен рассматриваться по правилу исключительной подсудности (по месту нахождения недвижимости).

Пленум ВС в Постановлении № 9 указал, что, если гражданское дело по исковому заявлению к умершему гражданину было возбуждено, производство по делу прекращается в силу абз. 7 ст. 220 ГПК РФ с указанием на право истца обратиться с иском к наследникам, принявшим наследство, а до его принятия – к исполнителю завещания или к наследственному имуществу (п. 3 ст. 1175 ГК РФ). При этом не отменяется возможность приостановления дела, если смерть ответчика произошла в процессе рассмотрения спора судом.

В отношении банкротства наследства лектор пояснил, что оно возможно в двух формах. Первая: если гражданин умер после возбуждения дела о банкротстве, суд по своей инициативе или по ходатайству участника процесса выносит определение о дальнейшем рассмотрении дела по правилам ст. 223.1 Закона о банкротстве. Вторая форма: дело возбуждается после смерти гражданина по заявлению конкурсного управляющего, наследника или уполномоченного органа. По мнению спикера, широкого распространения эта практика пока не получила, возможно, потому что Закон о банкротстве уделяет мало внимания вопросам банкротства наследства. Александр Никифоров допустил, что в перспективе в данный Закон будут внесены изменения, регламентирующие вопросы, связанные с заявлением о банкротстве наследства, а также сам процесс банкротства.

Достоинством данного Постановления № 9, по мнению спикера, стало то, что в нем ВС допускает возможность заключения мировых соглашений по делам о наследовании. Так, в п. 10 постановления перечислены варианты наследственных споров, при которых оно может быть заключено. Появление такой возможности Александр Никифоров назвал очень интересным.

Он напомнил, что впервые Верховный Суд заговорил о ней при рассмотрении одного из дел 30 лет назад. Тогда ВС указал, что суд не может обеспечить защитой несуществующее материальное право на наследство у одной из сторон. Данный критерий лег в основу отграничений случаев, когда может быть заключено мировое соглашение по наследственным спорам.

Верховный Суд, в частности, разъяснил возможность утвердить мировое соглашение по спору о включении в свидетельство о праве на наследство наследников по закону, которые лишены возможности представить доказательства родства (свойства) с наследодателем. В то же время Суд указал, что в утверждении мирового соглашения по спору об определении наличия у сторон прав наследования и состава наследников должно быть отказано. То есть от формулировки искового заявления будет зависеть возможность заключения по нему мирового соглашения.

В ходе лекции были рассмотрены дела особого производства, в частности об установлении юридических фактов. На примерах из практики спикер пояснил, почему так важно, чтобы были соблюдены все требования, установленные ГПК для рассмотрения такого рода дел, среди которых – невозможность получения надлежащих документов или восстановления утраченных документов в ином порядке, а также отсутствие спора о праве. В подобных делах, добавил он, важнейшее значение имеют фактические обстоятельства. Александр Никифоров обратил внимание, что заявление о совершенном нотариальном действии или отказе в его совершении подается в суд по месту нахождения нотариуса или лица, уполномоченного совершать нотариальные действия, в течение 10 дней со дня, когда заявителю стало известно о совершенном нотариальном действии или отказе в его совершении. Он подчеркнул, что спор о праве, основанный на совершенном нотариальном действии, рассматривается судом в порядке искового производства.

Лектор также осветил вопрос о возможности восстановления срока на принятие наследства. Он рассказал, что Верховный Суд в 2018 г. рассмотрел подобный спор, связанный с нарушением прав несовершеннолетнего наследника. По общему правилу второй срок для принятия наследства является пресекательным и не подлежит восстановлению ни при каких условиях. В данном деле ВС РФ отменил судебные акты нижестоящих инстанций и направил дело на пересмотр, указав, что первый срок на принятие наследства должен быть восстановлен ввиду недобросовестных действий представителя несовершеннолетнего наследника, повлекших негативные последствия для последнего.

В заключение Александр Никифоров обратил внимание, что в соответствии с Постановлением Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» решение суда об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного наследуемого владения как своим собственным в течение срока приобретательной давности также является основанием для последующей регистрации права собственности.

С презентацией спикера можно ознакомиться здесь.

Повтор трансляции состоится в субботу, 16 мая.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *